Это возымело желаемый эффект: его челюсть отвисла, а хватка чуть ослабла.
Сжав пальцы в кулак, я бью им ему в горло, одновременно пиная его по колену. Он отшатывается назад, и я делаю несколько быстрых шагов, чтобы добраться до тропинки, и оказываюсь вне пределов его досягаемости. Его смертоносный взгляд не отрывается от меня все это время, и темнеет тогда, когда он видит самодовольство на моем лице.
Я не могу этого скрыть.
Я уже дважды вырывалась из его хватки.
— Ты думаешь, раз у тебя есть магия земли, ты сможешь победить меня? — рычит он, заставляя меня нахмуриться. Я не использовала никакой магии. Это была физическая схватка, ничего больше. Понимание быстро приходит ко мне, когда я вспоминаю свою недавнюю стычку с Вэлли и магию земли, которую я использовала, чтобы удержать ее на месте.
Однако, я не указываю на этот факт. Вместо этого я насмехаюсь над ним.
— Я вообще не думаю о тебе.
— Хочешь сказать это своему маленькому, но такому бешено колотящемуся сердечку? — парирует он, медленно подходя ко мне и направляя палец в мою сторону, прежде чем постучать им по уху.
Ублюдок.
С трудом сглотнув, я закатываю глаза, пытаясь подавить панику.
— Синяки, помнишь? Я не шутила. — И я действительно не шутила, но сейчас это не имеет значения. Его глаза сужаются, когда он замирает на тропинке, а его грудь быстро поднимается и опускается. — Как насчет того, что я буду держаться подальше от тебя, а ты, блядь, будешь держаться подальше от меня?
— Это не я нуждаюсь в напоминании, — парирует он, настолько уверенный, что ни в чем из этого нет его вины.
— Я пытаюсь, — огрызаюсь я, но он огрызается громче.
— Пытайся. Сильнее. — Он останавливается передо мной, так что мы оказываемся лицом к лицу, и как бы мне ни хотелось увеличить дистанцию между нами, я отказываюсь отступать.
— Пошел ты, — усмехаюсь я, заставляя его губы растянуться в подобии улыбки, но в ней нет ни капли юмора.
— Как пожелаешь.
— Может быть, если бы ты просто вытащил свой маленький член, ты смог бы проникнуть им в меня, пока я притворяюсь, что чувствую его. Тогда все твое сдерживаемое напряжение исчезло бы, и ты оставил бы меня в покое, черт возьми, — рычу я, мое лицо пылает, когда все мое разочарование всплывает на поверхность.
Вот тебе и спокойствие. Счет до десяти уже не поможет мне расслабиться на данном этапе.
— Я голосую за это.
Я вздрагиваю, оборачиваюсь и вижу, что Броуди, Кассиан и Крилл наблюдают за мной с разными эмоциями, вспыхивающими в их глазах. Кассиан кажется обеспокоенным, Броуди забавляется, а Крилл бесстрастен. Я думаю.
Это все, что мне нужно, чтобы побудить меня убираться отсюда к чертовой матери. Сейчас же.
Широко улыбаясь, я салютую им. — Спокойной ночи, мальчики, — говорю я, отступая от Рейдена и направляясь по кратчайшему пути обратно в свою комнату.
— Мы не мальчики, мы мужчины, — кричит Броуди, заставляя меня хихикать, и я благодарна, что они меня не видят.
— То, что тебе понадобилось это уточнять, просто тупо, — ворчит Крилл, заставляя меня сжать губы, пока я продолжаю уходить.
— Неважно. Я ей нравлюсь, — настаивает Броуди, отчего мои глаза расширяются.
Вся эта возня — как раз то, что я обычно обожаю, но не здесь. У меня есть дела поважнее, чем мальчики с маленькими членами и большими ртами. Мне нужно об этом помнить. Даже несмотря на то, как сильно кожа начинает гореть в их присутствии.
Словно почувствовав мою потребность остыть, Рейден заговорил, выливая на меня ведро ледяной воды с такой непреклонностью, что это ранит куда больше, чем я готова признать.
— Она фейри. Такое низшее отребье вроде нее не достойно твоего внимания.
ЧЕТЫРНАДЦАТЬ
АДДИ
К
счастью, вчера вечером и сегодня утром в столовой было тихо, но блеск в глазах Броуди, когда я захожу на урок истории на следующий день, говорит мне, что сегодня утром я в полной мере испытаю его харизму. Еще чертовски рано. Я почти не спала. Я не могла успокоиться, потому что корила себя за то, что меня так легко отвлечь, и когда я в конце концов заснула, меня дразнили суровый взгляд Рейдена, ухмылка на губах Броуди, пронзительные зеленые волчьи глаза Кассиана и черные татуировки, которые я видела только на коже Крилла.
Пиздец.
Я в полной заднице.
Вернее, была, но сегодня утром я придумала новую мантру и придерживаюсь ее.
Никаких мальчиков — или
Опустившись на свое место, я сразу же чувствую на себе его взгляд, в то время как Крилл даже не удосуживается признать мое существование. Возможно, он стал моим любимым человеком на сегодня. Никаких разговоров, никаких многозначительных взглядов, которые постоянно бросает на меня Флора. Ничего.