По дороге им повсюду попадались лавки, торгующие сувенирами: крошечными склянками со святой водой, кусочками креста, на котором распяли Иисуса, обрывками плаща Святого Томаса и осколками его берцовой кости, золотыми медальонами, миниатюрными реликвариями, четками и повязками пилигримов. На одном из прилавков Дункан купил свечи для себя и сестры, чтобы поставить их в гробнице, и золотую брошь с эмалью, которую он осторожно приколол на плащ Изабель. Вокруг кричали до хрипоты торговцы, зазывая покупать свои товары; каждый старался переманить покупателей у соседа. У ворот монастыря толпились усталые путники в запыленных плащах.
Добравшись наконец до калитки в огромных воротах из резного дуба, Дункан вошел в полумрак монастыря, увлекая за собой сестру. Из-за перегородки доносились голоса монахов, читающих молитву; звуки поднимались вверх, эхом отражаясь от сводов. В воздухе пахло ладаном и свечным воском. Медленно двигаясь в широком беспорядочном потоке паломников, брат с сестрой направились на восточную сторону, к гробнице. Изабель изумленно озиралась вокруг. В аббатстве было действительно очень красиво: высокие колонны в новом стиле французской готики поднимались вверх; светлый камень был раскрашен в разные цвета и позолочен руками целой армии художников, которых привез из Европы отец короля Эдуарда, Генрих III; в окнах сверкали картинки цветных витражей.
Нескончаемая толпа усталых, мокрых от пота паломников, одетых по-разному – от роскошных дорогих одежд, как у Дункана, до лохмотьев и плащей странников, среди которых были больные и калеки, ищущие исцеления у святого, медленно двигалась вперед. Их направляла цепь закутанных в черные плащи служителей, неслышно ступавших по цветным плитам пола.
В часовне, у гробницы, окруженной всяческими атрибутами святого, Изабель вместе с остальными паломниками приостановилась, созерцая изумительную красоту этого места: саму гробницу с золоченым надгробием из резного камня и высокую ротонду над ней. Напор толпы не позволял надолго задерживаться. Вереница людей медленно двинулась дальше. Изабель, как и ее брат, и каждый паломник, пришедший сюда, зажгла свечу и присоединила ее к сотням других, горящих вокруг гробницы. Потом она опустилась на колени и перекрестилась, шепча молитву. Почти сразу же все вокруг задвигались; за деревянной перегородкой продолжали размеренным речитативом звучать голоса монахов.
У алтаря, в нише у восточной стены часовни Дункан остановился. Он перекрестился, потом, схватив Изабель за рукав, увлек ее в тень. Брат и сестра тихо стояли рядом, наблюдая, как вереница паломников движется мимо них в главное помещение церкви. Солнечный свет, проникавший через цветные стекла витража в окне над их головами, образовывал на каменном полу у их ног пестрый узор сверкающих пятен.
– Я хочу тебе показать еще кое-что, – шепнул Дункан. – Иди сюда...
Он потянул ее в самый угол часовни.
– Вот. Смотри. – Толпа заслонила их: шарканье ног, шепот, кашель больных, пришедших молить об исцелении, давали им возможность говорить, не приглушая голос. Дункан протянул руку. – Видишь? Коронационное кресло Эдуарда.
Изабель посмотрела, куда он указывал. Кресло из резного позолоченного дуба, расписанное птицами, экзотическими животными и листьями, стояло на возвышении у стены. Возле него несли караул стражники в королевских ливреях.
– Смотри, – прошептал Дункан. – Внизу, у основания...
Изабель вгляделась в полумрак. Радом ярко вспыхнула и быстро погасла свеча, и в этой внезапной вспышке света она увидела крупный камень, вставленный в основание кресла.
Сначала Изабель даже не поняла, что это. Она продолжала всматриваться, в то время как приглушенный отсвет свечи отражался в камне слабыми искорками. Стражник радом с креслом, заметив ее пристальный взгляд, выпрямился, с резким стуком опустив копье на пол.
– Это реликвия Шотландии – Сконский камень[4], – шепотом сказал Дункан. – Я помню, как четыре года назад король привез его сюда, в аббатство. Специально для него он заказал это кресло. Оно обошлось ему в сотню шиллингов. – Дункан слегка улыбнулся. – На нем будет короноваться принц Эдуард.
– Король Англии – на священном камне Шотландии! – Изабель пришла в ужас. Вдруг она схватила брата за руку. – Только не ты! Они ведь не станут использовать тебя, чтобы возвести его на престол? Ты имеешь право короновать короля Шотландии! Шотландии, Дункан! Эдуард никогда не будет королем Шотландии!
– Тогда кто же будет? – Дункан, смущенный взглядами стражников, потащил сестру в тень.
– Роберт Брюс. Граф Каррик. Он – наш настоящий король.
– Лорд Каррик? – Дункан с сомнением посмотрел на нее. – Ты уверена? Его брат Эдвард тоже здесь, в свите принца. Я хорошо его знаю. Лорд Каррик присягнул королю, Изабель. Фактически он на службе у короля Эдуарда. Я видел его здесь, в Вестминстере.
– Только потому, что еще не пришло время! – возмущенно возразила Изабель. – Когда-нибудь он освободит Шотландию!
Дункан пожал плечами.
– Уоллес тоже говорил, что освободит Шотландию, а вот видишь, что с ним стало...
