Она сразу вспомнила его имя, отметил он, и не понадобилось прилагать для этого никаких усилий. Но, возможно, она рассчитывала увидеть его здесь.
Минуту они оба молчали, глядя на море, где алый край солнца возник над горизонтом в пламенеющем небе, режущем своей яркостью глаза. Под ними море билось о камни, белая пена поблескивала на черной воде.
Нейл посмотрел на дорогу. Был ли зеленый «ягуар» припаркован в тени у стен замка?
Клер оставалась неподвижна.
– Вы здесь по заданию «Стражей Земли», мистер Форбс?
– Я здесь, чтобы посмотреть на восход.
Она ничего не сказала. Медленно встала, бросила на него быстрый рассеянный взгляд, затем неспешно пошла к стрельчатой двери, которая некогда была входом в часовню.
Трава вокруг была аккуратно скошена, совсем не чувствовалось ветра. Клер посмотрела кругом. Атмосфера была тяжелой, неестественно холодной. Казалось, отсюда исходят волны несчастья.
Почти не сознавая, что делает, Нейл последовал за ней. Он хмурился, озираясь, чувствуя нечто странное, окружающее их. Древние камни словно просыпались при ее появлении и откликались на каждый ее шаг. Он вздрогнул.
– Надеюсь, вы прибыли сюда не для того, чтобы помешать нам, миссис Ройленд. Подумайте о реакции местных жителей на ваши планы, – сказал он, пытаясь отогнать непривычное ощущение собственной неправоты.
– Вы ничего не знаете о моих планах! – взорвалась она. – И вообще, вы находитесь в частных владениях, мистер Форбс! Данкерн, к вашему сведению, все еще принадлежит мне!
– У меня есть разрешение вашего управляющего находиться здесь. – Он засунул руки в карманы куртки.
– Тогда я вынуждена буду сказать ему, что не следует так неосмотрительно расточать свои милости.
Вспышка ярости оживила черты ее лица и на нем проступил слабый румянец. А то, что этот Форбс был довольно привлекательный мужчина, почему-то еще более усилило ее враждебность.
Нейл холодно усмехнулся.
– Обязательно сделайте это.
Нейл должен был испытывать к этой женщине неприязнь, но отчего его так сильно привлекало это сочетание несочетаемого: английских манер, изысканного облика и типично шотландского неистовства... И какой демон привел эту потрясающую негодяйку сюда именно сегодня, в этот день и час? Несмотря на вспышку гнева, она оставалась отстраненно спокойной, как будто мысленно прислушивалась к чему-то далекому; ее лицо было загадочно и прекрасно в своей погруженности в неведомый ему мир. Он изумленно смотрел на нее, осознав внезапно, что она больше не замечает его присутствия. Она и замок были связаны какими-то таинственными узами, где ему не было места.
Вокруг все менялось прямо на глазах. Облака, бегущие с моря к берегу, порозовели, и солнце полностью встало над горизонтом.
– Как вы могли продать это? – Слова сорвались с его губ прежде, чем он смог сдержать их.
Она взглянула на него.
– Я же вам сказала, что ничего не продавала.
– Нет, но собираетесь. Господи Боже! Неужели деньги для вас так много значат? Неужели вам их не хватает – с вашими норковыми шубами и роскошными автомобилями? У вас нет души!
– Как вы смеете! – вспыхнула Клер. Наконец-то ему удалось завладеть ее вниманием. – Я предупреждала, чтобы вы не вмешивались в мои личные дела. Это вас не касается, слышите? В последний раз прошу покинуть мою землю!
Высоко над ними чайка подхватила ее звенящий от возмущения голос и откликнулась на него, ее крик эхом отозвался в скалах.
– Хорошо. – Он поднял руки. – Я уйду, но не думайте, что вы в последний раз видите меня, – Нейл неожиданно разозлился. С побелевшими от гнева губами он развернулся и покинул часовню. Выйдя из-под покрова стен, он на миг остановился, бросил взгляд назад и размашисто пошел прочь.
Клер было все равно, она подошла к проему окна, оперлась локтями о подоконник и стала молча смотреть на море; Форбс – не Форбс, какая разница.
Изабель была здесь, это был ее мир. Воздух вокруг уже был наэлектризован прошлым, смутные тени по углам часовни становились все более осязаемыми. Издалека она слышала отрывистое эхо птичьего крика, уносимого ветром. Всхлипнув, она стиснула кулаки, прижалась лбом к коленям, Сейчас она сожалела, что прогнала Нейла Форбса: Изабель приходила к ней, только когда она была одна.
За стеной отрывисто и резко залаяла Каста, и Клер оглянулась.
Солнце растопило иней, и трава отсырела. Клер видела, как собака зигзагом бежит по лугу, оставляя черный след на его серебряном ковре. Тут поток солнечных лучей проник в окно и тени отступили. Оторвавшись от стены, Клер вышла из часовни. Она схватилась с Изабель и победила.
Через двадцать минут она подъехала к крыльцу «Данкерн-Отеля», выключила зажигание и вошла внутрь, принюхиваясь к запахам – пахло полировкой для мебели, кофе и дымом камина. Было очень тихо.
– Джек? Джек, вы здесь? – Она прошла пустой темный холл и заглянула за дверь ресторана. Один стол был накрыт для завтрака на двоих. Другие были свободны. Она посмотрела в баре, затем в конторе – везде было пусто. Затем неожиданно рядом возник Джек Грант.
