– Но Пол не имеет права на продажу.
– Да, я знаю, это его жена дала согласие на продажу, и, в любом случае, он ведет ее дела, с тех пор, как она заболела.
Эмма нахмурилась.
– Клер не больна, Рекс.
– Нет, больна. Тетя Клер сошла с ума. – Джулия оторвалась от бокала. – Дядя Пол рассказывал папе.
– Это неправда! – Эмма метнула на дочь гневный взгляд. – Ты подслушивала под дверью?
– Нет, конечно! Это все знают, мама. Тетя Хлоя обсуждала это с Пирсом и Рут, а они рассказали мне на той неделе, когда мы ездили в театр. Я думаю, это так интересно! Она ходит во сне, у нее галлюцинации, она кричит в лифте.
– Господи! – Рекс выглядел встревоженными. – Это правда?
– Нет, – твердо сказала Эмма. – Разве что насчет лифта – правда. Клер страдает клаустрофобией, но она не безумна и полностью в состоянии вести свои дела. Послушай, Рекс, лучше я расскажу тебе всю правду. – Она беспомощно глянула на Джулию. – И тебе тоже лучше послушать правду, а не собирать гадкие сплетни. – Она кратко обрисовала историю видений Клер и ее медитации. – Это все. Она не безумна и не одержима, просто поглощена прошлым. Но Пол... – она заколебалась. – Ну, ты уже достаточно знаешь моего брата. Он человек узкомыслящий, хитрый, и хочет любым путем получить деньги за Данкерн. Он в бешенстве из-за того, что Клер не хочет его продавать, и давит на нее, чтобы заставить это сделать. Уверена, поэтому он и рассказывает всем и каждому, что она больна.
– А зачем ему деньги? – вмешалась Джулия. – Дядя Пол богат до омерзения.
– Понятия не имею, зачем, – строго сказала Эмма. – Просто он хочет их иметь.
– Он их хочет иметь, потому что он больше не богат до омерзения, как ты выразилась, милая, – медленно произнес Рекс. Он, казалось, глубоко задумался. – Пол Ройленд – почти банкрот. Без этих денег ему конец.
Эмма нервно сглотнула.
– Ты много знаешь о нем.
Рекс улыбнулся.
– Достаточно. Итак, ради блага вашей семьи будет лучше, если Данкерн куплю я. Это может быть, несколько расстроит твою невестку, но гораздо большее расстройство ее ожидает, если она увидит мужа в тюрьме за незаконные сделки и невыплату долгов.
– О Рекс!
– Поверь, дорогая. Возможно, я – единственный шанс, который у него остался. – Он на секунду позволил себе коснуться руки Эммы. – Поэтому, если у тебя есть какое-то влияние на невестку, используй его. Если она откажется помочь мужу, то может обречь его на несколько, лет тюрьмы.
– Тетя Клер и дядя Пол больше не любят друг друга, правда? – снова влезла в разговор Джулия. Она впервые выпила бокал шампанского и жадно глазела по сторонам. – Наверное, тетя Клер будет рада видеть его в тюрьме.
– Не говори глупостей! Конечно, нет! – возмутилась Эмма.
– Эй, брэк, расслабьтесь. – Рекс взял руку Эммы, и так и оставил в своей. – Все будет о'кей. Они помирятся и продадут мне замок.
– А если нет? – с горечью сказала Эмма. – Джулия права. Они больше друг друга не любят.
Рекс пожал плечами.
– Думаю, я смогу их убедить. Предоставь это дело мне. А теперь не будем больше о грустном и решим, наконец, наиболее важную проблему дня – что мы закажем на ленч.
Вконец окоченевшая Клер встала. День был прекрасный – ясный, ветреный, – но очень холодный. Она поняла, что слишком долго просидела на холодной стене, глядя на море и ослабела от голода, ее рука и плечо ныли от боли.
Она нахмурилась. Отсюда был виден дым из труб гостиницы, ветер кромсал и разрывал его в клочья. Какого черта она не объяснила Джеку свою истинную позицию? Почему не рассказала все Нейлу Форбсу? Глупая гордость – вот в чем причина. Она считала, что они обязаны были автоматически ей доверять, но этого не произошло, а Форбс, без сомнения, всех здесь настроил против нее.
Решительно выпрямившись, она свистом подозвала Касту и быстрым шагом двинулась по лугу. Она должна вернуться в гостиницу, ввести в курс дела Джека, повидать Нейла Форбса и, проглотив свою гордыню, все ему объяснить.
Джек был в ресторане – наблюдал, как накрывают столы к ленчу. Обычно в это время года по субботам здесь бывало с десяток посетителей. Люди приезжали, как бы плоха ни была погода и Джек Грант гордился своей кухней.
Он встал навстречу Клер.
– Нейл Форбс здесь? – сразу же твердо сказала она. – Я хочу поговорить с ним. Думаю, есть пара вещей, которые я должна пояснить вам обоим.
Джек поднял брови. На миг ей подумалось, что он собирается возразить, но он прошел в контору, набрал телефон комнаты Нейла и что-то сказал в трубку.
Нейл и Кэтлин нашли ее в баре, стоящей у окна. Клер все еще была в шубе. Они с Кэтлин взглянули друг на друга, и Кэтлин с тревогой ощутила, как у нее по спине побежали мурашки. Эта женщина так прекрасна, молода, элегантна и, черт возьми, к тому же богата! Она сузила глаза, покосившись на Нейла.
Лицо Нейла было вежливо-холодным.
– Миссис Ройленд?
– Я хочу поговорить с вами.
– Хорошо, – он склонил голову.
– Наедине.
– Все что вы хотите сказать ему, вполне может быть сказано в моем присутствии, – резко вмешалась Кэтлин и демонстративно положила руку на плечо Нейла, зная, что это его раздражает.
