Клер сварила себе кофе, затем, после минутного колебания, подошла к телефону и скрестила пальцы: если ответят отчим или Пол, она бросит трубку. Но ей повезло – трубку на кухне взял Джеймс, в это время с аппетитом жевавший тост.
– Джеймс? Слушай, ты можешь говорить?
– Если ты имеешь в виду, один ли я, то да. Наши старые нервные родители еще не встали, и миссис Си также еще почивает. Твое неожиданное бегство всех их выбило из колеи. – Он хохотнул. – Круто, сестра. Где ты?
– Пол уже у вас?
– Нет. Думаю, твой муженек решил пока не приезжать. Он страшно разозлился на Арчи и велел сначала ему найти тебя и пригнать назад.
Клер мрачно усмехнулась.
– Джеймс, сделаешь кое-что для меня?
– В разумных пределах. Ты же меня знаешь. Умеренность во всем.
– Мне нужна моя машина и Каста.
– Ясно. И больше ничего – только угон и похищение.
Против воли она рассмеялась.
– Пожалуйста, Джеймс. Если ты не нашел ключа, то есть запасной, он лежит в кармане моего синего чемодана. Пол его не забрал, Я встречусь с тобой... – Она замялась. Внезапно ей расхотелось говорить, где она.
– В Эдинбурге, – быстро закончил Джеймс. – Я не хочу знать, где ты на случай, если Пол начнет выдирать мне ногти, но завтра в пять я вылетаю в Хитроу, и если ты сможешь добраться до Торнхауза, я доставлю твое утраченное имущество и затем покину страну прежде, чем Арчи сообразит в чем дело. – Он рассмеялся. – Но куда, к черту, ты подевала родительскую машину? Дорогой отчим в полной уверенности, что ты отдала ее своему гуру в дополнение к его коллекции «роллс-ройсов».
– О Боже! – раздражение Клер было ясно слышно по телефону. – Если бы они хотя бы один раз встретились с Заком, то поняли бы, какая это несусветная глупость. Он не гуру, а ученый, и у него вообще нет машины.
– Тогда где родительский «вольво»? Лучше скажи мне.
– В полной безопасности. – Клер еще раз скрестила пальцы. – А ключи уже отправлены им почтой.
– Слава Богу! Если на машине будет хоть одна царапина, Арчи свихнется. Ты его знаешь. Ну, как на свободе?
Клер улыбнулась.
– Неплохо, – тихо сказала она. – Совсем неплохо.
Заказав в кафе зала ожидания в аэропорту две чашки кофе, Джеймс внимательно посмотрел на садящую напротив сестру.
– Ты выглядишь гораздо лучше. Не такой затравленной.
Клер улыбнулась.
– Конечно, ведь я свободна!
– От призраков тоже?
Она пожала плечами. У нее пока больше не было кошмаров. Ночью она спала глубоким сном без сновидений и, проснувшись только в одиннадцать часов утра, – обнаружила, что Нейл давно ушел.
В отношении Изабель она теперь была более осторожна: это было для нее как ставень, временно закрытый в ее мозгу, – ставень, который она училась удерживать на месте сама. Очень помог ей в этом Нейл, давший ей возможность с головой окунуться в повседневную работу.
– Что значит, «я никогда не работала»? – Нейл изумленно уставился на нее.
– Я хочу сказать, что у меня никогда не было работы. Ну, я познакомилась с мужем, когда еще училась в школе, – оправдывалась Клер, – и вышла за Пола сразу по ее окончании.
– Господи Боже! Так ты действительно ничего не знаешь о жизни! – Нейл внимательно посмотрел на нее, а потом – как он сказал, «с чувством глубокого морального удовлетворения» – свалил на нее всю бумажную работу, какую только смог придумать. Клер была счастлива.
Джеймс сел рядом, облокотившись на спинку кресла.
– Есть кое-какие новости, которые тебе, возможно, будут интересны: твоя невестка опять родила.
Клер прикрыла глаза, когда боль неожиданно пронзила ее. С величайшим усилием она улыбнулась брату.
– Ну, и кто у нее?
– Мальчик, насколько я знаю. Теперь у Илоны, Стивена и Хэла появился братик Марк. – Внезапно поняв, что сестра страдает, он нежно коснулся ее руки, внутренне проклиная себя. – Прости. Я был бестактен.
– Нет. – С большим трудом ей удалось взять себя в руки. – Не говори глупостей: в мире не могут перестать рождаться дети только потому, что я не могу их иметь. – Она машинально приложила на миг руку к своей тонкой талии.
