– Элия, – теперь уже шепотом повторил Марс.
– Моримарос, – ответила она, желая сказать то же самое на языке деревьев. – Король этой земли, – прошептала она.
–
Элия вздрогнула, схватилась за руку и резко обернулась, уставившись на Моримароса, на розы и на весь сад.
Король вскочил на ноги, готовый к опасности.
– Все в порядке, – сказала девушка, тоже поднимаясь. – Я только что слышала, как говорят цветы. Им нравится, что ты их король.
Ее голос не дрожал, в отличие от дыхания и сердцебиения.
Moримарос откашлялся, сложил руки за спиной в его любимой позе, делавшей плечи правителя шире, как и силу его присутствия, словно он надел ослепительную золотую корону.
Все еще трепеща всем сердцем, Элия встретилась с ним взглядом. Желание приоткрыло ее губы.
Он сказал:
– Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж.
Она затаила дыхание, а потом спросила:
– Ты хочешь или Аремория хочет?
– И я, и Аремория.
– Ты сказал, что тебе все равно, чего ты хочешь для себя, поскольку ты всегда с короной. – Элия отвела взгляд и заставила себя посмотреть назад.
– Я ушел с армией, чтобы перестать заботиться о себе и вновь сосредоточить Ареморию на переднем плане моего сердца. Это не сработало. Я все время думал о тебе.
Гримаса вновь появилась на его лице.
– И это ужасно, – сказала она очень серьезно.
– Нет! Но я… – Он остановился, когда Элия слегка иронично улыбнулась.
– Я не должна дразнить тебя, – прошептала она.
Моримарос коротко рассмеялся:
– Я очень рад этому.
– Я сказала отцу, что никогда не выйду замуж, – внезапно произнесла Элия. – Он позволил тебе написать мне для какой-то собственной цели. В политических целях, как предположила я, и попросила Лира остановиться, прежде чем начнутся ожидания от этого письма, но…
Лицо короля окаменело.
Элия снова стыдливо опустила глаза, хотя, скорее, глаза ее отца, чем собственные.
– Мне не обязательно быть женой. Я потратила годы обучения в качестве жрицы. Я должна быть советником, а не королевой. Дипломатом – в лучшем случае. Я ничего не знаю о стратегии или обеспечении безопасности страны. Ты сказал, что я объединю людей, и я верю, что смогу, но это потому, что мой народ непоколебимо предан и практикует веру, мои пророчества надежны и я изучаю звезды. Это те вещи, которых нет у вас в Аремории. Может быть, у меня есть определенный природный юмор, и я думаю, я постараюсь быть доброй, однако сестры легко меня поглотят. Ни сил, ни света – просто что-то для защиты и отображения.
– Я не позволю тебя поглотить, и ты научишься самоутверждаться. Здесь у тебя меньше врагов, чем ты думаешь.
– Я в изгнании, без власти. В тот момент, когда у меня будет власть, особенно над тобой, я буду уничтожена.
– У тебя есть власть надо мной, – сказал он.
Элия снова подняла голову и грустно улыбнулась:
– Когда ты смотришь на меня, ты видишь то, что я хотела бы почувствовать.
Разочарование едва слышно жужжало в горле Моримароса:
– Я защищу тебя.
– Нет, я не хочу быть защищенной, Моримарос, – сказала она, отбрасывая собственное разочарование. – Это тоже ловушка.
– Ободрять тебя. Поддерживать тебя. Мы могли бы найти способ быть вместе… как партнеры.
– В то время, когда я оставлю Иннис Лир?
– Элия, ты сказала мне, что хочешь мира, сострадания и следовать за звездами, что не хочешь быть королевой Иннис Лира. Я не прошу тебя об этом. Я просто прошу выйти за меня замуж. Выходи за меня и продолжай учиться, если хочешь. Я никогда не позволю Аремории повиноваться звездам, но это не значит, что я запретил бы тебе или кому-либо еще слушать их. Будь королевой рядом со мной, дипломатом, советником. Моей. Моей женой и собственной путеводной звездой. Я не буду просить тебя распоряжаться людскими жизнями. Я не буду делать тебя ответственной за все, чего ты не хочешь. Приводи своего отца, мы поплывем и заберем его. Ты сможешь позаботиться о нем здесь, в Аремории. Я дам тебе все, чего ты хочешь в этой жизни, но в браке со мной, тут, в моем доме.
