– Мы скоро приедем, Элия? Я не знаю, сколько еще мои бедра смогут прижиматься к этой скотине, – крикнула Аифа позади принцессы. Они ехали гуськом, поскольку этот путь к Хартфару был узкий. Ветви тянулись к ним, папоротники и острые кусты протягивались к путникам, постоянно царапая плечи, колени, сапоги и спины лошадей, когда они проталкивались вперед.
Дождь моросил сквозь густые черные деревья, достаточно сильный, чтобы Элия обрадовалась охотничьему капюшону, благодаря которому ее волосы не мокли. Вода стекала вниз по задней части капюшона, иногда собираясь чуть выше глаз, а затем жирной каплей падала девушке на грудь. Как и в случае с океаном, этот дождь искажал голос деревьев, и поэтому она могла слышать путаные слова Белого леса.
Элия подняла руку, чтобы помахать Аифе. Девушка не любила лошадей, но она изо всех сил сдерживалась, поскольку знала, что на них добираться быстрее, чем пешком. Они одолжили лошадей и капюшон для Элии у слуг Лира, которых девушки встретили на окраине леса. Мужчины поставили там палатки, пока их король не появится снова. По словам капитана Себана, короля и его Дурака вывел в лес сам граф Эрригал всего несколько дней назад. Они не могли привести всех в Хартфар, поэтому расположились лагерем на равнине.
Себан хотел послать с принцессой стражу, но Элия посчитала, что это не нужно. Она раньше уже бывала в Хартфаре и знала дорогу. При первой крови Элии Риган взяла ее с собой, с неохотой путешествуя так далеко без Гэлы, но полная решимости дать Элии то, что дала Риган их мать когда-то.
По прибытии Брона предложила Элии небольшую стеклянную урну. Настоящим даром было воспоминание, как девушка сидела в библиотеке собственной матери – только она, королева и Брона. Эту ургу Далат подарила Броне.
Это было определенной и достаточной для младшей принцессы памятью. Элия ощутила, что вернулась домой, и неожиданно почувствовала себя любимой.
Брона обняла девушку, потом обняла и Риган, которая позволила это ведьме, чем безмерно удивила Элию. Сестра провела два дня в маленькой деревне, под соломенными крышами, ломящимися от весенних цветов, учила песни деревьев, пила медовую воду и очень приятный хмельной напиток. Брона обещала, что делает это только для новых женщин и сестер, которых они привезли. Те несколько дней были единственным временем в жизни Элии, которое она провела только с Риган, без Гэлы. Тогда она поверила, что Риган тоже наслаждалась этими днями, однако, когда они вернулись в Дондубхан на зиму, Риган опять стала такой же холодной и безразличной, как всегда. Хотя время от времени она и могла разыскать Элию, чтобы заставить ее высказать свое мнение по поводу того или иного обстоятельства, которое Риган слушала часто пренебрежительно. А потом появился Коннли.
Элия вздрогнула, когда ветер проник под плащ и охладил спину. Она размяла руки, сожалея об отсутствии перчаток, однако, конечно же, у слуг не было ничего подходящего для нее.
Она хотела, чтобы ее сестры пришли сюда, в Хартфар, поскольку все три могли бы мирно определить в этом безопасном, теплом месте, что лучше для Иннис Лира. Элия обеспокоенно думала о невозможности мира на данный момент, когда решила вернуться домой, не посоветовавшись с Гэлой и Риган. Элия не хотела быть королевой, но они никогда ей не поверят, особенно теперь, когда остров нашептал девушке о своем несчастье и назвал ее королевой. Что Элия могла рассказать им о короле Аремории? А о его шпионе?
Внезапно подул ветер и пошел проливной дождь. Лошадь Элии рванула на несколько шагов вперед, прежде чем успокоиться, и принцессе показалось, что она следит за вспышкой огня, светящейся сквозь изгиб и смещающей черноту впереди. Элия улыбнулась, несмотря на ужасный вечер. Хартфар был хорошим местом. Ее отец опередил ее и был защищен, хотя она и не знала, о чем он мог думать. Теплый очаг позволит Элии с легкостью поговорить с ним, утешить отца и, возможно, сгладить ужасную трещину между ними. Она была готова если не простить его, то понять. И это был первый шаг.
Наконец, деревья открыли омытую дождем поляну. Когда путники продвинулись ближе, гром перерос в рев, и молния ударила в деревню. Они встретились с этим застывшим мигом серебра и огня.
Аифа шла впереди Элии, сообщая селу, что пришла их принцесса. Элия остановила лошадь, похлопав ее по промокшей шее. Аифе удалось разбудить достаточно людей под дождем, которые стали ее слушать. Служанка объяснила – она путешествует с Элией Лир и просит кого-нибудь отвезти их к Броне. За этими словами Аифы началась беготня: Элию сняли с лошади, сбросили ее плащ, а лошадь отвели в одну из ближайших конюшен. Элия с Аифой побежали с сопровождающими к дальнему краю деревни, брызгая грязью и задыхаясь, когда дождь ударил их по глазам и залился в рот.
