Короли пепла полностью

Вскоре Квал руководил строительством палуб, приподнятых и плоских на манер боевых судов Пью, чтобы множество людей могли вместе стоять и сражаться на них, сохраняя равновесие. Словно копья, торчали из берега огромные мачты, а скоро на них будут красоваться полотняные паруса, широко расправленные и туго натянутые ветром, подобно коже барабана.

Рока переключил мысли на предстоящий вояж. Островитяне Пью многое знали о море и звездах, а своими познаниями в навигации далеко превосходили людей пепла. Тем не менее они преимущественно использовали ориентиры, а иногда – сделанное из дерева устройство, с помощью которого можно измерить солнечную тень в одно и то же время, чтобы узнать свое положение относительно Севера и Юга. Однако точность была далека от идеальной, а Роке требовалось, чтобы каждый корабль мог определить направление в случае шторма – иметь представление о своем местонахождении и плыть без указаний.

Он знал: это наверняка возможно.

За неделю до того, когда Квал сообщил, что его корабли готовы, Рока стоял на пляже и рассматривал звезды. Он точно знал: мир – это сфера, и чем бы ни являются на самом деле небесные тела, они движутся вокруг этой сферы предсказуемым образом. И он полагал, что их можно измерить.

Стоя совершенно неподвижно, Рока наблюдал с возвышенности на побережье, вдали от огней и дыма Кормета. Он не отворачивался и не спал, и даже моргал лишь изредка. Много раз к нему подходили люди, и при необходимости он иногда говорил, в том числе однажды с вождем Хальваром, который – как обычно – жаловался, а после заявил, что Рока должен взять его сына и еще нескольких мужчин, когда наконец отплывет. Рока воспользовался моментом, чтобы его припугнуть, но согласился.

После шести дней наблюдения за небесами – видимо, с подачи сильно встревоженного Айдэна и еще пары человек в отдалении – к нему наконец приблизился Эгиль.

– У тебя… все в порядке, господин? Ты беседуешь с богами?

Рока вздохнул и позволил себе ощутить изможденную скованность своего тела. Он почувствовал, что его глаза опухли от синяков и наверняка покраснели от сухости. Но ему было плевать. На четвертый день он стал догадываться, но к шестому был уже уверен.

Наконец он отвел взор и повернулся к Эгилю, радуясь боли в глазах, ибо та по крайней мере замаскировала слезы восторга и открытия. За эти дни, прилагая все усилия, а также великий и проклятый дар своей памяти, он создал карту звезд над Корметом.

Теперь он взял воспоминание о каждом из мгновений и нанизал их вместе, переживая заново, как точки света сияют и кружат сквозь тьму в грандиозном божественном танце. Это походило на изучение математики в Пью – нечто, существовавшее всегда и однако непонятное Роке, зримое, но не замечаемое.

– Они так прекрасны, Эгиль, – сказал он, просматривая воспоминания о великом кольце, вращающемся вокруг единственной, неподвижной точки. – Это Тэгрин, – сказал он и чуть не всхлипнул. – Тэгрин – это центр. Это ключ. – Рока моргнул и повернулся к скальду, желая, чтобы хоть кто-нибудь понял. – Они знали, смекаешь? Наши предки. Они… они следовали за Тэгрином на Юг. Он неподвижен, Эгиль. Он – проводник.

Глаза Эгиля непонимающе следили за ним, возможно, опасаясь, что какая-то новая блажь овладела и без того уже безумным пророком.

– Они оставили его в нашей памяти, в наших легендах – царя среди звезд, которому доверяли тысячи лет. И теперь… теперь люди пепла последуют за ним домой.

– Как скажешь, господин, – опасливым тоном протянул певец. На прохладном ветру осенней ночи Рока рассмеялся.

Не важно, подумал он. Однажды Эгиль поймет. Однажды каждый мужчина и каждая женщина пепла узнают историю своих предков и воздадут им честь – этим храбрым выжившим, людям с моря, которые пересекли волны, чтобы спасти свое будущее.

Рока на негнущихся ногах подошел к своим людям и положил руку на плечо Айдэна.

– Боги сказали свое слово, великий вождь. Мы готовы.

Детина ухмыльнулся и кивнул. Суда были достроены и снабжены всем необходимым – пять королетворцев, нагруженные достаточным количеством еды и воды, чтобы дважды пересечь океан, и двумя сотнями воинов пепла.

Рока ушел отдохнуть, а затем с рассветом взошел на свой флагман, чей экипаж состоял из Аруна и Квала, Тахара и Бирмуна и их людей. Эшен привел Сулу и надежно разместил на борту. Рока наблюдал, как мужчины готовятся к их первому путешествию в рай, и теперь, глядя на ясное небо, ощутил себя частью грандиозной истории. Они заслужили немного ободрения.

– Вы готовы завоевать рай? – воззвал он, поднявшись на борт. Мужчины закричали и затопали от радости, а затем отплыли вслед за ним в Северное море.

Фарахи проснулся от очередного кошмара – или, может, видения – закончившегося, как и многие другие, утоплением. Как обычно, в этом сне он был лет на пятнадцать старше и по-прежнему королем. Его оставшиеся сыновья и внуки стояли подле него на коленях со связанными руками и окровавленными лицами.