Он помог охладить воздух и прервать нескончаемую, нестерпимую жару, по очереди загонявшую людей под палубы, обжигая кожу и высасывая из них силы. Но непривычные к такой жаре люди пепла не ожидали и бесконечной, вызывающей наводнения сырости.
Рока надеялся, что она уйдет, но знал, что в сезон дождей вряд ли. Значение имело только то, нарушит ли сие планы Фарахи. Ожидал ли король, что Рока вообще поймет смысл дождей для его флота и повременит с отплытием? Рока не знал наверняка. Но и ждать он тоже не хотел. Взамен он понадеялся, что после стольких побед в
Спустя два дня, которые промокшие, несчастные люди провели, сгрудившись в трюмах вздымающихся и раскачивающихся под моросящим дождем кораблей, Рока отдал приказ о штурме, как и планировалось. Экипажи взялись за работу, поднимая паруса и якоря, а гребцы пересели к веслам на случай капризных ветров. Корабли отплыли, и Рока, пытаясь скрывать беспокойство, наблюдал за ними с палубы.
Когда ему надоело смотреть, он спустился вниз, чтобы подготовить Сулу, и обнаружил всегда стойкого коня беспокойным и сердитым в стойле.
– Скоро ты будешь свободен, мой друг. – Он протянул руку и попытался утихомирить Сулу в достаточной мере, чтобы надеть седло, но опасался, что если шагнет внутрь, скакун лягнет его или швырнет о переборку. Наконец он отступил назад и, замерев, рычал, пока Сула не принял вызов и не посмотрел на хозяина. – Ты воин, – тихо сказал Рока, на миг осерчав на обычно непоколебимого зверя. – Ты будешь жить или умрешь, но только не запертым и беспомощным трусом, не хныча от страха.
Он повысил голос и смотрел в черные омуты конских глаз, пока не увидел свое отражение. Сула фыркнул, успокаиваясь, и Рока засмеялся.
– Прости меня, – сказал он, понимая: на самом деле жеребец лишь выражал беспокойство хозяина. Рока шагнул вперед и погладил своего друга по носу.
– Прости мою слабость, могучий Сула. Мы преуспеем либо умрем вместе. И пусть меньшие создания беспокоятся, как именно.
Рока отвязал и оседлал коня и велел Эшену отвести его наверх, когда они приблизятся к берегу. Он увидел страх мужчины перед зверем и улыбнулся.
– Просто живи настоящим моментом, браток, и знай, что храбрые живут вечно. Об этом легко забыть, когда человеку есть что терять. Даже для меня.
Эшен улыбнулся и кивнул, и вернувшись на палубу, Рока почувствовал себя обновленным. Он прошел на нос корабля, одобрительным кивком отметив тихое спокойствие Бирмуна и улыбнувшись, когда увидел, как Эгиль и даже уже явно беременная Джучи заняли места на веслах.
Он улыбался своим членам экипажа не чтобы доставить им радость или успокоить, но потому, что представил себе вероятность успеха – и даже этот шанс еще не так давно казался всего лишь сном внутри сна.
Вскоре побережье Халина широко раскинулось в поле зрения Роки. Одна сторона его разума уже представляла остров объятым пламенем, но другая видела огромные, широкие пристани, полные торговых кораблей – великую островную крепость, что связывает Пью и Аском, островитян и людей пепла. В этой мечте они работали сообща, создавали семьи, учились друг у друга и находили новые, лучшие способы исследования и укрощения своих миров.
– Приведи моего коня! – крикнул он через плечо, и Эшен спустился вниз.
Рока повернулся к сыну Хальвара – Фольвару, который большую часть плавания был молчалив, но чей взгляд понравился Роке. Он подумал: при верном руководстве из этого мальчика сможет выйти полезный мужчина.
– Фольвар! – позвал он, и юнец, оторвав свои распахнутые глаза от пляжа, встретил пристальный взгляд Роки. – Мчись за мной, вожденок, если твоя воля выдержит. Смело укажи своим людям путь, и они последуют за тобою в ад.
Фольвар моргнул, затем вновь посмотрел на берег, но Рока подумал, что его челюсть сжалась скорее от решимости, чем от презрения или страха, и кивнул в знак уважения.
Рока вспомнил, как сам впервые узрел белый песок и пологие склоны – впервые увидел пальмы с ярко-зелеными листьями, такими широкими, что на них мог бы улечься мужчина, и тысячи жилищ и других строений в два или даже три этажа, защищенных великолепными черепичными крышами и стенами из кирпича, мрамора и камня. Он знал, что его люди видят всю эту красоту, и не винил их за восхищенные взгляды.
Вдоль побережья дрейфовали катамараны. Вскоре рыбаки Пью выпрямились в своих маленьких лодках и, заслоняясь руками от солнца, в полном замешательстве смотрели, как из бескрайнего моря возникают люди пепла. Побросав удочки с неводами, аборигены замерли при виде маленькой флотилии «Королетворцев». Мало кто предпочел удрать – большинство были зачарованы широкими тугими парусами и рядами весел, рассекающих открытое море во флотской атаке.
Рока едва не расхохотался от мысли, какой чистый, дикий хаос грядет – и как вот этот мир под ним изменится. Он знал, что на Южной стороне Халина нет сторожевых башен, но все же увидал на берегу много людей.
