Но есть и второй мир – столь же маловероятный, как и то, что один безобразный мальчик выжил в Аскоме, пересек непреодолимое море и подружился с одиноким королем, обладая величайшим умом поколения. Это мир, где люди островов и люди пепла объединяются в братстве, очень осмотрительно и понимая все последствия – где суда-зерновозы из Пью несут жизнь к холодным берегам, а гигантские воины плавают на военных кораблях Пью. На протяжении сотен лет два народа заключают браки и перемешиваются, пока не совладают с этим миром как единое целое. В этом мире, после многих лишений и трудностей, наш народ мог бы создать величайшую морскую державу из когда-либо виденных – и обратить свой взор к далеким берегам.
Именно такого будущего я желаю для моих потомков. И возможно, его удастся осуществить с твоей помощью, с твоим умом и твоими великими дарами. Это будет сложно, Рока, и на это уйдет вся наша жизнь. Кровь прольется как в твоих землях, так и в моих, ибо нужно противостоять великой державе Нарана, и это обессилит нас обоих. Однажды Наран атакует со всей своей мощью, со всеми своими воинами и союзниками, и обоим нашим народам потребуется много изменений, чтобы выстоять. Нам с тобой придется доверять друг другу и много раз обсуждать наши планы и происки, быть готовыми убивать, лгать и жертвовать. Но с моей стороны я клянусь добиться, что договор будет исполнен. Выбор за тобой».
«Твой друг», – завершалось письмо так же, как начиналось, и Рока вытер глаза, когда на страницу упала слеза. Он засмеялся, вспоминая каждый проигрыш в чахэн вопреки огромным умственным расчетам и различным стратегиям, всегда ощущая себя на шаг позади.
Он не мог точно сказать, во что верил – но верил достаточно. Он верил, что островной король видит будущее лучше, чем кто-либо иной; что он хороший человек, который поможет народу Роки, и что его истинные враги – это захватчики вроде Нарана, сама природа и людское невежество.
Роке нужен был только предлог, чтобы примкнуть к Фарахи, а теперь их цели совпадали. Просветленный и все те, кто обрек на гибель Вишан, давно ушли в небытие. Их потомки ответственны за свою участь не больше, чем потомство Роки – за свою. Храбрецы есть храбрецы, и если чужеземная империя хочет вторгнуться в рай, то пускай придет и захватит его. Рока не винил ее. Но, во имя всех богов или духов, люди пепла предъявят свой счет.
Его предки выжили. За это они всегда будут заслуживать хвалы, но им недостало сил удержать свои острова. Они были уничтожены врагом превосходящей мощи, потому что вопреки всем прекрасным словам и красоте цивилизации, по-настоящему значимой являлась сила. И люди пепла были сильны.
Обучаясь у Фарахи, Рока прочел много книг о войнах и империях. Чтобы противостоять Нарану и любым другим угрозам, его народу понадобится собственный флот. Не только боевые корабли, но и грузовозы – сила, способная вторгнуться к врагу и уничтожить его земли и города. Его людей нужно будет научить, как сражаться с армиями и флотами, строить стены и бороздить моря, осаждать замки и торговаться с королями. Но они научатся. Рока позаботится об этом.
Он посмотрел в темнеющее небо, зная, что на горизонте собирается новая буря. Его «Королетворцы» выстоят в ней так же, как выстояли их создатели. Они достигнут суши, а Фарахи сдержит свое слово, и вдвоем они подготовят свой народ к суровому будущему.
И тогда-то грянет истинный шторм – шторм, назревающий две тысячи лет, сотворенный из сынов и дочерей некогда заклятых врагов, союз между потерянными детьми рая – шторм из пепла и песка.
– Земля, шаман! Кормет впереди, я вижу рога. Рока взглянул на Эшена, покачивающегося в «смотровом гнезде» в лучах послеполуденного солнца, затем ухватился за леер, высматривая берег. Он закрыл глаза и вздохнул, и боязнь краха прошла.
Снова удача, осознал он – еще одно невероятное плавание с погодой более благоприятной, чем заслуживал человек.
– Подай сигнал капитанам. Я поговорю с ними перед тем, как мы причалим.
Бирмун согласно сделал знак одному из своих людей, который взмахнул условленным флагом, означающим сбор. Это потребует времени и займет весь недолгий остаток дня, но Рока и так предпочитал высадку почти в полной темноте.
Гребцы налегли на весла, выстроив суда в некое подобие линии, и капитаны, воспользовавшись шлюпками или сходнями, переправились на флагман Роки. Они последовали за ним вниз, и вскоре Рока сгорбился в трюме своего «Королетворца» – неподалеку от множества ютящихся пленниц, в кругу своих капитанов и вассалов.
