Только Эмма протянула ему руку и тихо произнесла:
— С тобой всё в порядке? Может, тебе нужен перерыв?
— Нет, — Насиф усмехнулся, отводя взгляд, чтобы никто не увидел его слёз. На улице уже наступили сумерки. Пришло время зажечь лампу. Достав из кармана коробок, он приподнял колбу, чиркнул спичкой и зажёг фитиль. Опустив стекло, Насиф украдкой вытер глаза и сел на своё место, скрестив ноги:
— Так ты хочешь знать, что было дальше? А ничего. Арстан был на той арене. Карас ведь тоже стоит на земле, полной энергии. Он перенёс меня в безопасное место и сам оказался там же. У него ушла пара месяцев, чтобы меня выходить. Вот и всё.
— Но ведь это видели тысячи людей? — спросила Сара. — Как они отреагировали на то, что ты просто испарился в воздухе? Или к тому моменту этот ваш перенос уже ввели повсеместно?
— Совету старейшин пришлось признать существование технологии и то, что армия начинает ей пользоваться. Всё это было около десяти лет назад. Пять лет спустя Союз начал массово обучать людей использованию переноса как основному средству перемещения между Карасом и регионами. Правда, до сих пор всё это регулируется шаманами. Люди приходят в храм, занимают места, и под присмотром их отправляют в место назначения. На другом конце их тоже ждёт шаман.
— Ты и Арстан прыгнули не используя храмы, — сказал Валентайн, подняв глаза. — Значит, вам они не нужны?
— Как я уже и сказал, почти вся территория Караса стоит на… скажем так, энергожиле. Шаманы могут прыгать из любой точки Караса в другое место силы. Только оно будет намного, намного меньше. Храмы же используют просто для установки границ. Вы и сами заметили в той деревне, как сильно может скрытая энергия влиять на пространство и время. Потому и нужно понимать, где начинается и где кончается эта зона искажения.
— А что же насчёт самого Караса? — спросил Томми. — Если там столько энергии, то её границы тоже обозначают?
— Скажем так, стена вокруг города построена не только и не столько для обороны.
— Так вот почему сааксцы так легко обходят оборону наших баз, — задумчиво протянул Вик. — Просто они прыгают между городами и регионами без всяких линий поставок и припасов. Им нужен только отряд хорошо обученных и вооружённых людей. Больше ничего.
— Опять же, мы можем переноситься только от одного места к другому месту, — заметил Насиф. — Не мешает и то, что первенцы не притрагиваются к храмам и священным местам. Да и солдаты Союза выучили почти все ваши трюки. Вы действительно думаете, что чем больше стен вы возведёте, тем сложнее их обходить? Если враг знает слабые места, вы не отгораживаетесь от мира, а замуровываете себя.
— Так значит, вы не можете просто выбрать точку переноса и прыгнуть туда? — спросил Вик. — Вы перемещаетесь только между Карасом и уже найденными местами силы?
— Нет, не можем, — замотал головой Насиф. — Пока что.
— Что ты имеешь в виду?
— До прихода первенцев, правила были другие, — сказал Насиф, щёлкнув пальцами. — Всё было относительно просто. Но вы не просто привнесли хаос в наш мир. Вы сломали все его правила. Раньше сааксцы могли отправлять только небольшие отряды. К началу войны отряды становились всё больше. А сейчас они перенесли целый линкор с юга сюда. Почему, вы думаете, я так испугался, увидев его? Это значит, что время идёт. Вы выигрываете эту войну, притаскивая сюда всё больше утилизаторов. А в каждом утилизаторе есть источник энергии.
— Ты хочешь сказать…
— Чем вас больше, тем сильнее военная машина Союза, — пожал плечами Насиф. — И хуже того, большинство ваших утилизаторов на земле. Они подключаются к общей сети, которую создал Карас. Это значит, что энергии всё больше и больше. Если раньше они могли перемещаться только из одной заданной точки в другую, то совсем скоро они смогут сами выбирать координаты. В лучшем для нас случае, им хватит энергии на то, чтобы десантировать армию прямо в центр Первого Города.
— В лучшем? — затаила дыхание Эмма. Насиф кивнул.
— В худшем они перенесут туда весь Карас, и ваш Эдем разорвёт изнутри.
Проснувшись утром, Вик несколько минут не мог понять, почему над ним такой странный потолок. Лучи солнца грели его через окно соломенной хижины, в которую разместил Вика Насиф. Поднявшись с кровати, он подошёл к осколку зеркала на стене и умылся холодной водой из тазика, проведя ладонью по небритому подбородку.
