Софья хотела огрызнуться, но внезапно поняла, с кем случайно столкнулась в коридоре. Ильичев. Собственной персоной. Стоит и смотрит на нее, как бог на червя. Сдержаться. Проглотить. Улыбнуться.
Ну вот, теперь он чувствует себя на привычном троне. Им восхищаются, перед ним преклоняются.
— Простите, пожалуйста, Федор Владимирович! — пропищала Софья и машинально поклонилась, чувствуя себя шаблонной дурехой из третьесортного аниме, встретившей того самого, единственного и неповторимого Главного Героя.
— Вы участница? — спросил он, отчего-то не торопясь пройти мимо и беззастенчиво разглядывая ее ноги.
— Да! То есть нет. Я — жена участника.
— А. Команда поддержки.
Он улыбнулся, и эта улыбка вынудила Софью улыбнуться в ответ. Потом — рассмеяться, покраснеть, отвести взгляд и поправить волосы.
Вся выдающаяся гетеросексуальность Ильичева набросилась на нее. Софья была марионеткой, исполняющей ритуальный танец, и только глубоко-глубоко в мозгу тлела бессильная мысль: «Что я вообще делаю?! Зачем?!»
— Ну, в общем, да, — сказала Софья.
— И кто же ваш муж, если не секрет?
Она назвала фамилию. Ильичев покивал. И, моментально утратив интерес, прошел мимо.
— Я так не могу. Я чувствовал себя, как прокаженный! — Костя метался по гостиничному номеру — насколько это было возможно в таком крохотном пространстве, и, казалось, готов был содрать с себя лицо ногтями. — От меня все шарахались, шептались за спиной!
— И ты прошел кастинг! — упрямо заявила Софья, сидя на кровати. — Вас было больше ста, а отобрали только тридцать.
— Я прошел, потому что Ильичеву понравился мой торт «Эстерхайзе»! Это мой коронный номер, он не мог не сработать!
— А остальные претенденты — что, по дурости напихали в свои торты соленых огурцов?! — взорвалась Софья. — Господи, Костя, да очнись ты наконец! Все — понимаешь, все! — кто там собрались, первоклассные кулинары! Но камера не передает вкуса. А для того, чтобы шоу продолжалось, ему нужны зрители. И лучшего способа привлечь к себе их внимание никто, кроме нас, не придумал… Господи, да если бы ты знал!
Софья сорвалась с места и пулей метнулась в душевую, совмещенную с туалетом, захлопнула за собой дверь. Включила воду в раковине.
Через несколько секунд послышалось осторожное поскребывание в дверь.
— Сонь, ну ты чего?
— Ничего. Отстань.
— Сонь!
— Костя, не только тебе это все тяжело дается! Дай мне минуту.
Софья плеснула себе в лицо холодной водой.
•••Нерешительный, осторожный стук в дверь.
— Войдите.
Софья толкнула дверь и замерла.
