Я прошлась мимо одного из шкафов, не зная, что взять. Такие ценности — и в свободном доступ! Мой взгляд упал на книгу в простом, без тиснения и надписей, кожаном переплете. Подошла к окну, и зажгла один из факелов. От окна веяло прохладой. Следовало одеться теплее, но держа в руках заветную книгу, уходить я не собиралась.
— Эй! Что ты задумал? — окликнул меня мужчина за соседним столом. Он был чуть старше Джона, но выглядел хуже: тонкое и серое лицо, круги под глазами, свисавшие на лоб сальные волосы. — Я думал, ты украсть хотел книгу, но тогда зачем бы тебе зажигать факел. Я не знал, что тут можно заказывать книги. Сколько стоят твои услуги? Я столько времени сэкономить мог, не пришлось бы тратить дни на поиски нужного фолианта!
— Вы ошиблись, господин. Это книга для меня.
Я думала, незнакомец продолжить меня допрашивать, но он рассмеялся.
— И что ты собираешься с ней делать?
— То же, что и вы, господин. Читать. Кажется, вы знакомы с устройством библиотеки. Могли бы подсказать, где тут можно найти тексты по медицине и лекарственным травам?
— Медицине? Зачем тебе…? А! Так так байка, что мне Жиль рассказывал, настоящая?! Этот безумный старик и правда позволил грязному крестьянину учиться?! — он вновь рассмеялся, и смех его был недобрым. — Что ты такого этому старику сделал, что он так в тебя вцепился?! — мужчина привстал и я пожалела, что так расслабилась и не взяла с собой сумку с травами.
— Прекратите! Магистр Гийом не обрадуется, услышав, как вы говорите о господине ректоре!
— Он ничего мне не сделает, пока моя семья платит баснословные деньги за обучение, — нахально заявил он, но сел на место. Врал, скорее всего — вон как глаза забегали! Но потом вновь посмотрел на меня и расслабился. — Ну давай, читай. Посмотрим, сколько ты сможешь узнать из этих драгоценных книг!
Я посмотрела на колышущееся от ветра пламя свечи, на едва видную в темноте листву, и, дождавшись, когда руки от злости перестанут подрагивать, открыла книгу.
И ничего не поняла.
Я пролистала несколько страниц, заглянула в середину и конец — но все было написано на языке, что я не знала.
— Какие-то проблемы? — ухмыльнулся несносный мужчина. — Неужто не знаешь древний язык?
Нет, я не знала древний язык, ведь все книги отца Госса были на физалийском. Ничего. Тут книг больше, чем птиц в небе. Постараюсь и найду нужную на знакомом мне языке!
Колокольная башня отбила полночь, когда мой нежелательный собеседник затушил свой факел и вернул читаемые им книги на место.
— Что с твоим лицом? Прошло три часа, а ты так и не присел. Неужто ничего не нашел? Ни одной самой тоненькой и маленькой книжки?
Ни одной. Все были языке, названия которого я не знала. Но почему? Как же остальные учились тут?
— Вот поэтому крестьяне должны ковыряться в земле, а не трогать своими грязными руками ценные книги. Да от тебя за версту воняет луком и квашеной капустой! Все книги поди пропахли, гадость какая! В этом и есть разница между крестьянами и аристократами. Даже с чужой помощью, даже получив доступ в святая святых, ты ничего не сможешь. Потому что глуп и беден, и пригоден только к тяжелой работе.
Он ушел, а я осталась искать физалийские книги. На небе занимался рассвет, а так ничего и не нашла. Вернулась на кухню, и, ни слова не сказав, приступила к работе. Мирель внимательно посмотрела на меня, и молча поставила рядом теплую кашу.
— Иди, поработай. За работой все горести забудутся.
Но не забылись. Если я не могла пользоваться библиотекой, то как должна была учится? Все, что я знала, я выучила смотря и слушая других, и читая сама. Я будто оказалась перед богатствами всего мира, спрятанными от меня подо льдом, и никак этот лед растопить не могла. Только кожу с рук пообдирала.
В обед, когда господа еще не закончили трапезу, и не началась работа по уборке кухни и подготовке в ужину, я подошла к Мирель с настойкой из лаванды и розмарина. Хотелось отблагодарить ее за доброту и помощь.
— Это немного поможет шрамам на твоих руках. Не уберет, конечно, но они хотя бы болеть так сильно не будут.
— Хороший ты парень. Иди, после обеда, послушай лекции. Мы и без тебя тут справимся.
— Но магистр Гийом…
— Магистр Гийом дал мне четкие указания. Я их не нарушаю.
Интересно, какие? Загрузить самонадеянного мальца работой, чтоб сам ушел? А если сил на работу хватит, то сломить дух, отпустив в библиотеку, где и слова понять не возможно? Магистр Гийом и правда был очень дальновидным человеком.
— Спасибо.
За дни, что я пробыла в Университете, я успела узнать, что занятия всегда идут в строгой последовательности. Сначала — обязательные науки, философия, математика, грамматика, право. Далее шли специализированные предметы, и студенты посещали их исходя из собственных интересов. Потому во второй половине дня преподавались астрономия, медицина, теология, музыка и другие. Двери в лекционные кабинеты были открыты, и я шла, не поднимая головы, надеясь, что на меня не обратят внимания. В последнем лектории стоял магистр Гийом. Увидев меня, он поджал губы, но промолчал.
