Корона из пепла полностью

Охрана едва поспевала за мной, когда я летела по коридорам дворца. Слуги в накрахмаленных воротничках и начищенных башмаках склонялись передо мной, будто падал длинный ряд костяшек домино. Издалека доносился глухой гул, он пробивался даже сквозь каменные стены, напоминая шум водопада, гулкий, как дальний гром. Это толпа снаружи скандировала мое имя.

Я выскочила за угол и вдруг ударилась о сверкающий нагрудник военных доспехов. Сильные руки схватили меня за плечи, не давая упасть назад. Моей короне повезло меньше. Эта махина, больно дернув прядь моих волос, с грохотом упала на пол.

Он отпустил меня и потер красное пятно на шее.

— Вашей короной и убить можно, — сказал капитан королевской охраны Гектор.

— Простите, — промолвила я, поднимая на него глаза. Как и остальные солдаты, он сбрил усы в честь нашей недавней победы, и теперь передо мной стоял другой, помолодевший Гектор.

Химена, моя седовласая няня, наклонилась, чтобы поднять корону, и смахнула с нее пыль. Корона тяжелая, золотая, украшенная одним неограненным рубином. Не слишком изящная вещь для королевы. По традиции я ношу корону царствующего монарха.

— Я ждал, что вы появитесь час назад, — сказал Гектор, когда я взяла его под руку. Мы помчались по коридору.

— Меня задержал генерал Луз-Мануэль. Он решил снова изменить маршрут шествия.

Он остановился так внезапно, так что я едва не упала.

— Опять?

— Он хочет обойти узкий проход там, где Серпиенте пересекает Торговую улицу. Говорит, там меня легко будет достать копьем из толпы.

Химена, воспользовавшись задержкой, водрузила мне на голову корону. Я поморщилась, когда она, продев шпильки в бархатные петли, закрепила ее у меня на голове.

Гектор покачал головой.

— Там крыши слишком низкие. Вы будете легкой мишенью для лучников, а это более серьезная опасность.

— Я именно так и сказала. Он был… раздражен. — Я потянула его за руку, пора было идти дальше.

— Ему лучше видно.

— Я сказала то же самое.

— Я уверен, он это оценил, — сухо проговорил Гектор.

— Понятия не имею, какой награды он ждал, — сказала я. — В любом случае я не собиралась ее давать.

Гектор бросил быстрый взгляд на людей, заполнивших коридор, и, понизив голос, сказал:

— Элиза, как ваш личный охранник, я должен в последний раз попросить вас пересмотреть это решение. Все знают, что вы — хранитель амулета.

Я вздохнула, понимая, что он прав. Да, я теперь мишень для религиозных фанатиков, шпионов Инвирны и даже контрабандистов. Но мой день рождения — это единственный день в году, когда все — от прачек до конюхов и матросов — могут лицезреть свою правящую королеву. Это национальный праздник, которого народ ждет месяцами. Я не лишу их такой возможности.

И я не позволила страху завладеть собой. Передо мной целая жизнь — жизнь королевы. Жизнь, которую я выбрала. За которую боролась. Я не могу — и не буду — тратить ее на страх.

— Гектор, я не буду прятаться в песок, как испуганный суслик.

— Иногда, — проговорила Химена своим мягким, спокойным голосом, — защищать Элизу значит защищать ее интересы. Элиза должна показаться народу. В первые месяцы важно закрепить власть. Мы убережем ее, мы с вами. И Бог. У нее великая судьба…

Я пропустила ее слова мимо ушей. За последний год случилось так много всего, но я, казалось, ни на волос не приблизилась к своей судьбе с тех пор, как Господь впервые вверил мне свой камень семнадцать лет назад. Он все еще живет, теплеет в ответ на мои молитвы, напоминая мне, что я сделала недостаточно, что Бог все еще многого ждет от меня.

И я чертовски устала от напоминаний об этом.

— Я понимаю, миледи, — сказал Гектор. — Но было бы безопаснее…

— Гектор! — рявкнула я. — Я приняла решение.

Он замер.

— Да, ваше величество.

От стыда у меня сдавило горло. Зачем я накричала на Гектора? Ведь разозлила меня Химена.

Через несколько минут мы подошли к каретной, где от жары особенно резко пахло навозом и гнилой соломой. Открытая карета уже ждала меня — это чудо из полированного красного дерева с бронзовыми завитками. По бокам голубые королевские флаги. На дверцах кареты — королевский герб — рубиновая корона в окружении священных роз.

Фернандо, мой лучший лучник, стоял на задней подножке с луком за плечами. Он поклонился мне в пояс с серьезным, сосредоточенным видом. Лошади махали хвостами и приплясывали в своей украшенной драгоценными камнями сбруе. Я с опаской взглянула на них, когда Гектор помогал мне сесть в карету.

Потом он предложил руку Химене, и во взглядах, которыми они обменялись, вместо недавнего разлада читалось явное взаимопонимание. Они всегда заодно — моя неизменная стража. Иногда даже казалось, что они составляют план моей защиты у меня за спиной.

Гектор отдал приказ, кучер дернул поводья, и карета тронулась. Моя королевская охрана в сияющих парадных доспехах выстроилась вокруг нас. Бравым маршем они вышли из прохладной конюшни под палящее солнце пустыни.