— Не совсем, — сказала Лиса. — Жуть-волки очень опасны, хоть они и меньше жеребца и головы взглядом не взрывают. В общем, правда где-то по-середине. Мой отец встречал одного, а потом и я. У жуть-волка, в отличии от обычного, длиннее морда, больше зубов, он немного крупнее, шерсть у него черная, как уголь, а голова лысая. Они не сбиваются в стаи, охотятся в одиночку. По словам отца, жуть-волк послал ему видение. Он потерялся в пространстве, а сам зверь стал казаться ему ягненком. Отец сам подошел к нему. Быть ему съеденным, если бы не наш пес. Он подоспел в последний момент и спас отца ценой своей жизни. Придя в себя, отец отбежал, залез на высокое дерево и затаился. Жуть-волк побродил по округе и ушел.
— Они взаправду умеют морочить голову? — удивился Дубыня.
— Гипнотизируют жертву, делая ее беспомощной.
— А чем закончилась твоя встреча с этой тварью? — поинтересовался Иван.
— Собственно ничем. Я заметила его издалека и обошла стороной. Он меня даже не заметил. Видимо у жуть-волков неважный нюх. Самое главное то, что их осталось очень мало, почти все вымерли. Не думаю, что мы встретим их на своем пути.
— Тогда не будем беспокоиться о том, что нам скорее всего не грозит, — вставил слово Дубыня. — Путь у нас длинный и опасностей будет много, помимо древних диких зверей.
Утолив жажду и голод, путники наполнили свои бурдюки водицей из ручейка и пошли дальше.
В Старолесье и днем было сумрачно, а к вечеру стемнело так, что охотница, воевода и разбойник с трудом стали различали силуэты друг друга. Настало время сделать привал.
— У меня от сапог уже мозоли с кулак, — пожаловался Дубыня.
— Не только у тебя такая херня, — сказал Иван.
Привал сделали там, где меньше травы. После скудного ужина Дубыня сразу уснул. Ему выпал жребий дежурить последним. Дозор вела Лиса, но и Иван пока не спал.
— У меня в голове не срастается одна штука, — обратился Иван к Лисе, под храп Дубыни. — Я никогда в жизни звезд с неба не хватал, был простым… дружинником. А теперь от меня зависит судьба Тридевятого царства.
Лиса молчала.
— У тебя есть семья? — спросил Иван Лису.
— Нет.
— Никого?
— Никого.
— Ты говорила про отца.
— Отца убили много лет назад при ограблении.
«Если много лет назад, то это был не я», — подумал разбойник, участвовавший во многих ограблениях.
— Жаль твоего папашу. А мать?
— Ее утопила русалка, когда я была еще ребенком.
— Жаль мамашу. Ну а муж, дети?
— Никого.
— Сейчас нет, а раньше, в нормальном мире?
— А ты дотошный.
— А что такого? Просто интересно, с кем я спасаю мир. Вот у меня были жена и…
— Мне не интересно, — резко прервала Ивана Лиса.
Больше они не говорили. Удалой понял, что охотница не хочет с ним общаться и лег спать.
«Эта рыжая — вредная сука. Похоже, в лесу, среди зверей, она проводила больше времени, чем среди людей. Вряд ли мы с ней подружимся. Ну и хуй бы с ней».
Первая ночь прошла тихо и спокойно. А ведь они находились в Старолесье, где, по словам бывалых, полно опасностей.
«Стариковские рассказы — страшилки для детишек. Обычный же лес», — проснувшись утром, подумал Иван.
Позавтракал Иван быстрее остальных, чтобы было время побриться. Он сбрил неопрятную щетину острым как бритва ножом. Он часто делал это самостоятельно, поэтому отделался лишь парой мелких порезов. Потом он снял повязку с травмированной руки, как он подумал, она ему больше не нужна. Когда у тебя богатырское здоровье переломы срастаются быстро.
— Что ты делаешь? — задал вопрос Дубыня, увидав как Лиса закапывает в ямке кусок колбаски.
— Подношение Лешему, — пояснила Лиса. — Чтобы не водил нас кругами и не насылал на нас хищных зверей.
— Не маловата ли порция, чтобы задобрить его? — воеводу бы этот кусочек задобрить бы не смог.
— Главное — не количество еды, а выказать уважение.
— А почему вчера этого не делала? — спросил Иван.
— Делала, не у вас на глазах. Этот ритуал обязателен, если хочешь вернуться из Старолесья живым.
— Ну, теперь-то мы в безопасности?
— Находясь здесь, мы всегда в опасности. Подношение немного повышает наши шансы на выживание.
Трое путников, выполняющие наиважнейшую миссию, собрались утром продолжить путь.
Наши герои все шли и шли. Пейзаж оставался все тот же, деревья, кусты, деревья, кусты. Иногда встречались мелкие зверьки или птицы. Дубыня поравнялся с Иваном и заговорил.
— Ты бывал в Первограде после его захвата Лютогостом?
Почему он спрашивает? Проверка? После поражения на Марфовом поле, дружинникам Святогора вход в Первоград был заказан. Там остались лишь перебежчики. Иван помедлил с ответом, сначала он хотел ответить отрицательно, но ему захотелось узнать к чему Дубыня ведет.
— Бывал.
— Город хорошо охраняется?
— У ворот охрана, на стенах тоже часовые. Просто так не зайдешь.
Воевода замолчал на несколько секунд. Что вынюхивает этот старый пес?
— А как же ты туда прошел? — Ивану показалось, что он услышал подозрительные нотки в голосе Дубыни.
— Под видом торговца воска, — соврал разбойник. — Прошел через ворота с другими торговцами.
— В Первоград можно как-нибудь пролезть без палева? Трещина в стене или типа того. А?
— Может и есть.
