Наконец, впереди появились деревья. До леса охотникам надо было добираться верхом, а те, кто не принимал участия в загоне, расположились в роще. Там еще с ночи раскинулись шатры, предназначенные для отдыха, укрытия от жары, предоставлявшие возможность переодеться. Карета свернула с дороги, преодолела настил из досок и остановилась. Лакеи помогли пассажирам выбраться наружу, после чего кучер отправился дальше, освобождая подъезд другим участникам увеселения.
– Как ты? – осторожно поинтересовался у жены Эвьяр, убедившись, что посторонние не могут их слышать.
– Лучше, чем могло бы быть, – заметила Иллисса. – Хотя, я бы предпочла остаться дома. Пусть там жарче, зато не придется притворяться, что все хорошо.
– Тебе не придется скакать на коне за несчастным оленем или кабаном, – деланно грустно заметил наследник. – А вот меня ждет еще и такое сомнительное удовольствие.
– Можешь остаться со мной, – предложила девушка. – Скажем, что тебе нездоровится. Спину потянул, или что там еще могло в море произойти.
Эвьяр только покачал головой. Отец не признает плохого самочувствия ни за кем, кроме себя самого. При том, что даже себе он редко дает поблажки. Так что болезнь наследника могут расценить или как попытку симулировать, потому что он задумал что-то против отца, или выставят все так, будто он болен смертельно, значит, не сможет в будущем наследовать императору.
– Увы, – единственное, что ответил принц, поскольку к ним уже спешили распорядитель и фрейлины двора ее высочества. После чего наклонился, делая вид, что целует жену, и прошептал. – Постарайся быть у всех на виду, и как можно дальше от еды, если только ее не принесли тебе проверенные люди, отца и его фавориток. Но так, чтобы кроме твоих дам, рядом был кто-то еще, не вызывающий подозрения у официального двора.
Ответить Иллисса не успела. Дальше началась привычная кутерьма. Охотники отправились к лошадям, на которых им предстояло отправиться в лес. Девушки повели принцессу к ее шатру. Там ей предстояло облачиться в соответственный наряд, умыться, после чего присоединиться к ожидающим.
Охота оказалась куда удачнее, чем мог представить себе кто-то из ее участников. Помимо мелких зверей добычей стали два кабана и три оленя. То ли животные из-за жары ослабели, то ли егеря заранее подготовили достойную добычу, выяснить не удалось. Те, кто предрекал в качестве трофея дохлого зайца, предпочитали молчать или восторженно отзываться о ловкости императора, который в свои годы не только возглавил загонщиков, но и сам стрелял из лука по убегающим животным. Именно ему удалось подстрелить одного оленя и пару зайцев, не успевших понять, что происходит, и сбежать.
Теперь же Камрус с довольной улыбкой на губах выслушивал поздравления. Эвьяр стоял рядом. На его счет записали спугнутого глухаря, и наследник вынужден был кивать в ответ на фразы о его добыче. Признаваться, что лапа птицы попала в расставленный кем-то силок, не хотелось. Но и особой гордости он не испытывал. Вся остальная дичь была подстрелена расставленными на пути загонщиков охотниками. Рядом находились только те, кто принадлежал знатным семействам. Остальные благополучно отправились в стоявший в стороне шатер и отдыхали.
– Думаю, нам не стоит больше упиваться своей удачей, – наконец, объявил император, – пора проследовать в шатры, освежиться и присоединиться к нашим дамам, которые успели соскучиться по нашему вниманию. Ну и пообедать. Думаю, женщины составят нам компанию за столом. Возможно, они успели полакомиться без нас, но все равно согласятся присутствовать, дабы охотники могли усладить свои взоры их красотой.
Все довольно зааплодировали, после чего поспешили вслед за слугами.
– Ты все время молчишь, сын, – когда рядом почти не осталось свидетелей, заметил Камрус. – Не доволен охотой?
– Скорее добычей, – выбрал наиболее подходящий ответ мужчина. – Возможно, на море я бы смог обойти вас, отец, но здесь, на суше, мне неловко, что вы смогли поразить такого красавца, а мне досталась только несчастная птица, и без того успевшая попасться в ловушку.
– Если ты думал уговорить меня отправиться на рыбалку, то попытка не удалась, – рассмеялся император. – Ладно, ступай. Думаю, жена уже заждалась тебя, и даже начала сомневаться, что ты жив. Успокой ее, что все в порядке, и ты даже что-то подстрелил. А потом я жду вас на обеде.
– Как прикажете, ваше величество, – Эвьяр поклонился, отступил на пару шагов, – с вашего позволения.
После чего отправился в сторону своего шатра. Камрус проводил сына взглядом, и только когда тот скрылся из видимости, вошел внутрь. Его уже ждали чистая одежда и вода. А также одна из фавориток, неведомо каким образом пробравшаяся туда, куда ее не велено было пускать.
