Он вскрикнул, и по лицу расплылась широкая, немыслимая усмешка. Разум окутала тьма. Викрам погрузил руку в тень в поисках Гаури. И нашел ее.
Лба коснулась теплая рука. Я без раздумий подалась навстречу объятиям, но чей-то голос разрушил умиротворение момента:
– Если девчонка не очнется к рассвету, я ведь могу забрать ее тело?
Следом раздался глухой звук, будто кто-то кого-то ударил. Я моргнула и наткнулась на пристальный взгляд Викрама.
Поджав губы, он нависал надо мной так близко, что я наконец рассмотрела его глаза. А они не такие темные, как я думала. Сквозь глубокий коричневый цвет пробивались золотые прожилки. Будто звезды сквозь ночной мрак. Или солнечный свет сквозь ветви деревьев. Я резко села…
– Не стоит сейчас… – начал Викрам.
Словно в ответ на предупреждение за глазами вспыхнула тупая боль. Зрение на миг затуманилось, потом вернулось, но я уже вновь лежала на земле. Только на сей раз Викрам меня не обнимал.
– Ты ударилась головой, – сказал он.
Я гневно прищурилась:
– Такое случается, когда тебя сталкивают в пропасть.
– Не благодари, – радостно протянул ветала.
Я дала телу немного пообвыкнуться и только потом оглядела шелковый шатер, наполовину открытый, так что были видны кусочки земли и неба.
Все вокруг казалось странно знакомым и незнакомым одновременно. Справа от меня росли цитрусовые и миндальные деревья, точно как в садах Бхараты.
Меня захлестнула волна тоски по дому, столь мощная и неумолимая, что стало трудно дышать. Подле деревьев колыхались в безветренном воздухе шелковые знамена Уджиджайна. Но отчего сердце окончательно замерло, так это от вида усыпанного звездами неба. Серебристые ступени тянулись вверх и исчезали в ночной выси, и я гадала, в какое немыслимое царство они ведут.
Опустив взгляд, я поняла, что сижу на роскошном ковре. В стороне были раскатаны две хлопковые лежанки с пуховыми подушками и теплыми одеялами.
И стоял накрытый стол.
Нас ждали хрустальные вазы с расколотыми гуавами, посыпанными тростниковым сахаром, шафрановый рис, маслянистый наан[10], острые луковые и картофельные яства, холодный йогурт с зернами граната, похожими на рубины, и серебряные чаши с пряным дхалом[11].
И конечно же, сладости: засахаренные фисташки, темные миндальные тянучки и сливочный расмалай[12], покрытый лепестками роз.
Я же не могла отвести взор от своего любимого гулаб джамуна[13] в золотистом сиропе, даже слюнки потекли.
Судя по всему, кроме нас здесь никого не было. Я проверила импровизированный пояс, сделанный из куска шервани – кинжал все так же плотно прижимался к моему бедру. Похоже, прогулка через Грот и падение стоили нам лишь головной боли да царапины на предплечье Викрама. Если не вспоминать о душевных травмах.
– Где мы?
– На Перекрестке, – пропел ветала.
Вновь вспомнились строчки из рубина. Мы уже миновали Грот, где нас снедали воспоминанья. Значит, теперь мы там, где нет пощады глупцам и трусам?
– Что ж. Яства зовут, и я откликнусь. – Викрам встал и отряхнул пыль с разорванной туники.
– С ума сошел? – рявкнула я. – Нужно все обдумать!
Место явно было заколдовано. И плевать, что вокруг нас никого – магия умеет прятать острые клинки за безобидной ухмылкой. Я не желала рисковать.
– По мне, так он с самого начала не в своем уме, – задумчиво произнес ветала. – А может, так влияет Перекресток. Ему нравится, когда пришлым легко и уютно.
Тогда понятно, откуда здесь кусочки Бхараты.
Я принялась расхаживать по шатру.
– Но как нам отсюда выбраться?
Викрам положил еды себе на тарелку и протянул вторую мне.
Я колебалась. После попытки отравления я старалась есть только то, что готовилось на моих глазах. К тому же Майя предупреждала, что лучше остерегаться иномирных угощений. Как показал опыт с демоническим яблоком, не напрасно.
– Думаешь, я пытаюсь тебя отравить? – поднял бровь Викрам.
– Пытаешься?
– Ты спасла меня. После такого травить тебя я точно не стану. Я в неоплатном долгу.
– Тогда не ешь это! – Я схватила его тарелку, но Викрам оказался быстрее и поймал ее в воздухе. – Хочешь отблагодарить меня, умерев?
– Отнюдь, – промолвил он, возвращаясь к еде и демонстративно насыпая на тарелку еще больше риса. – Если хочешь, могу на тебе жениться. Кажется, дома это довольно популярная награда.
– Предпочитаю отравленную пищу.
– Тогда ты все еще можешь получить свою награду, – хмыкнул Викрам и опрокинул в рот горсть гранатовых зерен.
И вдруг застыл, изо рта его брызнул сок.
– О нет, – выдохнул он, хватаясь за грудь.
– Викрам!
Он поднял руку:
– Я ведь хотел начать с манго.
Я замерла, не успев ринуться к нему прямо через стол, а Викрам засмеялся. Негодяй. Оставив его гоготать с самим собой, я ткнула в бок веталу:
– Как отсюда добраться до Алаки?
Он заворчал и приоткрыл один глаз:
– Ты совсем глупая? Следуя указателям, конечно же.
Указателям?
