Кирьян нахмурился и посмотрел на свою спутницу. Дарья сидела неподвижно. Красивое лицо скрывала густая вуаль, попробуй разбери, какие чувства отразились в крупных серых глазах. Впрочем, напугать ее было трудновато, как и удивить. Настоящая подруга жигана. Кирьяну хотелось верить, что она пойдет за ним не только под венец, но и, если он того пожелает, в полымя.
– Ты знаешь, кто я такой, чиграш? – слегка удивился Кирьян.
– А кто тебя не знает, – голос шкета прозвучал уважительно, но без заискивания. – Кирьян ты. Меня малинщица Варька Капустница послала встретить тебя. Сказала, что ты появиться должен.
– Варьку тоже взяли? – спросил Кирьян, с тоской подумав о том, что разорена еще одна надежная малина, только вот откуда о ней легавым стало известно? Вот в чем вопрос.
– Не-а, – отрицательно покачал головой шкет. – Варька едва за порог, и тут фараоны нагрянули. Она за ними с соседнего дома наблюдала. А потом ушла, а куда – неведомо.
Кирьян усмехнулся!
– Ладно, спасибо тебе. Шайтан, – произнес Кирьян, тронув за рукав извозчика, касимовского татарина лет двадцати пяти. – Гони на Моховую, там лежка надежная есть, прокантуюсь там пару денечков, а дальше видно будет.
– На Моховую нельзя, – неожиданно запротестовал шкет, поддернув сползшие рукава. – Туда грузовик с фараонами поехал.
– Сам видел? – невесело спросил Кирьян.
– А то! Шухер в городе большой. – И уже по-свойски, как равному, посоветовал: – Тебе бы, Кирьян, из города нужно ноги делать, а то не ровен час сцапают за…
– Но-но, – предостерегающе глянул жиган, – не забывай, с кем разговариваешь. – И уже примирительно, окинув взглядом сжавшегося пацана, добавил: – А насчет того, чтобы слинять, ты это верно заметил. Вот что, Шайтан, гаражи Моссовета знаешь? – спросил Кирьян.
– Знаю, – достойно отвечал татарин, распрямившись.
– Давай туда!
Извозчик тронул вожжи, и пролетка, скрипнув осями, покатила по брусчатке.
– Дяденька, дяденька, а гривенник? – неожиданно громко заголосил пацаненок. – На курево не хватает.
Кирьян открыл кошелек и сунул сотенную:
– Держи!
– Ой, спасибочки, – радостно спрыгнул с козел шкет. – Махорки мне надолго теперь хватит.
В гараже Моссовета работал приятель Кирьяна Евстигней. Года три назад они вместе громили артельщиков. Но неожиданно у парня пробудилась небывалая тяга к железу, и, забросив опасное и преступное ремесло, он устроился на работу в гараж Моссовета. А совсем недавно стал водить легковую машину. Однако с прежними приятелями связи не растерял и по просьбе Кирьяна иногда перевозил похищенный товар с одного места на другое. Главарь не жадничал, с бывшим подельником всегда щедро расплачивался, а потому Евстигней отказывал ему, лишь когда ничем не мог помочь. Жил Евстигней неподалеку от гаражей, в огромной коммуналке, населенной десятком семей.
Кирьян опасался, что Евстигнея не окажется дома. Но когда рассмотрел его окно, горевшее тусклым желтым светом, понял, что фарт все же на его стороне. И с улыбкой подумал о том, что первое важное дело, которое он исполнит утром, так это поставит перед чудотворной иконой Богоматери большую свечу во спасение.
– Шайтан, оставишь меня здесь, – распорядился Кирьян, когда они въехали во двор, заросший какими-то кустами.
– Как скажешь, хозяин, – слегка растягивая слова, произнес татарин. Кирьян – человек-голова, знает, что делает.
Водила в преступном промысле был человеком очень полезным, и о связи Кирьяна с Евстигнеем знало всего лишь два человека – Дарья и мадам Трегубова. Кирьян терпеливо обождал, когда пролетка завернет за угол, и лихо засвистел, взбудоражив ворон, расположившихся на соседнем дереве.
В окне Евстигней появился не сразу – прошла почти минута. Наконец, открыв форточку, он заорал:
– Дело, что ли?!
Кирьян не ответил, лишь согласно качнул головой.
Евстигней спустился быстро; одет он был по-домашнему: рубашка-косоворотка навыпуск, затертые на коленях штаны, а на широких ступнях огромные калоши.
– Если бы ты только знал, Кирьян, с какой бабы ты меня сдернул, – не то пожаловался, не то похвастался Евстигней, долгим взглядом посмотрев на Дарью. Девушка не смутилась, лишь крепче прижалась к Кирьяну.
– Машина нужна, – ровно, не повышая голоса, произнес Кирьян.
– Ну, ты вообще! – отшатнулся Евстигней. – Ты знаешь, сколько сейчас времени! Машины-то все на запоре. У меня же не личная!
Кирьян не ответил, вытащил кошелек и отсчитал несколько купюр. Подумав, протянул весь кошелек, из открытых кармашков туго выпирали банкноты.
– Здесь много… Во всяком случае, тебе хватит года на три безбедной жизни.
– Ну-у, если так, – нерешительно произнес Евстигней, – я попробую что-нибудь придумать. Но мне это будет дорого стоить. – Его пальцы ловко вытянули кошелек. – Сейчас в гараже Мироныч дежурит, может, и разрешит. Ну да ладно, – махнул он рукой, пряча деньги. – Пойдем попробуем. Как говорится, бог не выдаст, свинья не съест!
