— Просто всё неожиданно, — Малфой встал, потянулся и повернулся к Гарри. — Пойдем в дом. Оставим пока эту тему. Кстати, сегодня будет твой любимый пирог с патокой. У эльфов случился массовый припадок, когда я приказал приготовить это… — он сморщил нос. — Так что, тебе придется съесть всё до крошки, чтобы они не решили, что я сошел с ума, перешел на простую крестьянскую пищу, подвяжусь веревкой и пойду в народ, как Лев Толстой.
— Как кто?
— Неуч. Ты бы хоть что-то прочитал, кроме «Квиддич сквозь века». Для разнообразия.
— Зачем? У меня есть ты. Ты всё знаешь и расскажешь, если понадобится.
— Расскажу? В «Войне и мире» четыре тома, Поттер!
— Тогда пересказ откладывается, не хочу. Но я надышался свежим воздухом и хочу есть, хочу твоего пафосного коньяка и простецкого пирога с патокой. Тебя хочу. Может, даже не один раз, — Гарри тоже встал.
— Может? Я погорячился, когда хвалил твои сексуальные способности, — Малфой собрался уже пойти к дому, когда вдруг оказался в кольце поттеровских рук.
— Постараюсь тебя удивить. Что ты там говорил про эльфа и хозяина?
— Пошли уже, — улыбнулся Драко.
Но Гарри не двинулся с места, вмиг становясь серьезным.
— Спасибо. И я люблю тебя. Я подумаю…
— Знаю. Я всё знаю… — тут же ответил Драко.
И от того, как это было сказано, легче на душе не стало. Гарри чувствовал, что он, наверное, сейчас предал, разрушил что-то хрупкое и важное. Доверие Драко, например.
— Гарри, — мягко шепнул в самое ухо Малфой.
— Что? — Поттер ни за что не хотел выпускать Малфоя из объятий, будто они могли что-то изменить, объяснить, решить, в конце концов.
— Сигареты отдай, Гарри…
========== -13- ==========
Драко ещё раз посмотрел на часы. Ждать дольше просто глупо: Поттер опаздывал на сорок минут. Это уже не назовешь опозданием, он просто не пришел.
Малфой храбрился до последнего. И до последнего не верил, что будет так. Он ждал сову, патронуса, самого Гарри с типичными извинениями: «Драко, прости. Представляешь, в последний момент…». И дальше следовало бы одно из списка: «вызвал Кинг, злой, как черт», «срочный вызов, а никого нет», на худой конец «этот идиот перепутал бумаги и пришлось…». Но ничего не было: совиный насест пустовал, не осыпался серебряными искорками знакомый олень и камин не полыхнул зеленым, пропуская Главного аврора в кабинет.
Малфой извелся, попеременно глядя на большие напольные часы, карманные, за окно и на камин. Он десятки раз прокрутил в голове все последние разговоры и встречи, пытаясь понять свою ошибку. Или отыскать признаки того, что в результате и случилось: Поттер не пришел в назначенное время. Хотя они, кажется, твердо условились уехать вместе и сегодня в тот злополучный дом.
Не имело смысла оставаться, хотя и хотелось. Все вещи уже были отосланы на новое место жительства, все бумаги, книги, дорогие сердцу безделушки. Даже кабинет стал каким-то чужим и полупустым, а в комнатах самого Драко мебель закрыли чехлами.
Ещё три недели назад Поттер боялся, что Драко его бросит. А теперь… Малфой упорно гнал мысль, что теперь бросили его, не объясняясь ни письменно, ни устно.
Можно было бы остаться ещё на день, расчехлить мебель, сесть и написать письмо этому… Отдать распоряжение насчет ужина и завтрака. Придумать правдоподобную причину для сына и невестки, почему решил задержаться ещё на день-другой. Закрыться у себя и ждать ответа, пока не заснешь от усталости или от выпитого. Только… Драко не хотел выглядеть жалким. Он предложил — его предложение отвергли. Вместе с ним. Что ж, не стоит обманываться: Драко Малфой это переживет. Больно, с разбитым сердцем, с окончательно и невосстановимо разрушенным умением доверять кому бы то ни было, с пьяными слезами, разбитыми стаканами из-под виски, с риторическими вопросами «почему» и «за что», с никому ненужной новой жизнью и новым домом, с чертовым ярким солнцем чертовой жизнерадостной Италии!
Малфой сжал кулаки и закрыл глаза. Столько лет… Столько лет он учился быть открытым, эмоциональным ради Поттера. Учился прощать, понимать, отодвигать свои желания на второй, третий, десятый план ради поттеровских детишек, женушки, рыжего идиота-дружка и этой зануды с бурундучьими зубами!.. И для чего? Чтобы им снова, как в детстве, пренебрегли? Чтобы остаться у разбитого корыта со жгучим чувством вины перед покойным отцом, который учил, что на всем свете есть только семья, только Малфои, только в этом их сила, а весь остальной мир — лишь средство достижения целей? Перед Асторией, которая должна была чувствовать себя единственной, любимой женщиной, женой, а была только миссис Малфой, матерью, помощницей в делах и лучшим другом?
— Ненавижу. Как же я тебя… — Драко до боли в ладони сжал портключ.
Сам виноват! Что его не устраивало? Было всё и даже больше, но захотелось новой жизни. Размечтался, что Поттер любит достаточно сильно, чтобы уйти вместе с ним, за ним. Пусть, не сразу, пусть, помаялся бы пару лет, мотаясь из Англии в Италию при каждом удобном случае. Но Драко был уверен в своем исключительном положении в жизни Гарри, а оказался…
Оказался глупцом. Седина в бороду, бес в ребро.
