«Газель» следственной группы Могилевского прикатила минут через двадцать. Дознаватель перекинулся парой слов с дружинниками и свидетелями, затем подошел ко мне и посмотрел на часы.
– Решили оторваться напоследок, Вячеслав Владимирович? – усмехнулся он и огляделся по сторонам. – А где второй?
– Какой второй? – разыграл я удивление.
– Двое вас было! – немедленно влез в разговор травматолог.
– Доктор, вы дыму надышались? – хмыкнул я. – Или пили с утра, что в глазах двоиться начало?
Могилевский взглянул на меня с нескрываемым неодобрением.
– Не стоит так разговаривать с единственным свидетелем, готовым подтвердить, что не вы первым открыли стрельбу, – заявил дознаватель и подозвал подчиненного. – Варламов! Оформляй изъятие оружия!
– Это зачем еще?
– На экспертизу.
Я с обреченным вздохом достал «таурус», откинул барабан и один за другим вынул все патроны.
– Только расписку дайте.
– Да уж не сомневайтесь! – фыркнул Варламов, устроил папку на колене и принялся переписывать серийный номер «вепря».
Подъехал еще один служебный автомобиль, Могилевский велел дружинникам отвезти меня в Центральное отделение, а сам остался выслушать доклад криминалистов.
– Тебе крупно повезло, что обошлось без жертв, – заявил дознаватель на прощанье, захлопнул дверцу УАЗа и постучал по крыше. – Езжайте!
На входе в Центральное отделение пришлось проходить через рамку, и магический сканер верещал как оглашенный, пока я не избавился от всех амулетов. Пришлось сдать даже «Чешую дракона». Ну и «дерринджер» с ножами, разумеется. Ладно хоть шнурки с ремнем оставили.
Впрочем, если все пойдет по плану, скоро отберут и то, и другое.
В помещении для допросов окон не оказалось, да и вообще смотреть было не на что. Неудобный стул, пустой стол, пара стульев с другой стороны. Голые стены, камера под потолком и четыре светильника по углам. Все.
Я выложил перед собой «Омегу» и принялся следить за размеренным бегом секундной стрелки. Круг, круг, еще один. Потом распахнулась дверь, и вошел Могилевский.
– Вы как магнит для неприятностей, Вячеслав Владимирович, – проворчал он, кинул на стол папку, а потом достал из кармана пиджака стеклянную пепельницу и выставил рядом. – Спалить медицинскую клинику прямо перед допросом – кому скажи, не поверят!
Дознаватель грузно опустился на стул, выудил из пачки сигарету, закурил.
– Ничего не хотите мне рассказать? – спросил он после этого.
– Вы больше меня знаете.
– Дайте угадаю, – рассмеялся Могилевский. – Вы приехали на иглоукалывание, чтобы нефритовый жезл стоял, но заблудились и попали в травматологию, а там на вас совершенно без всякой на то причины напали неизвестные злоумышленники. И разумеется – вы были один!
– С нефритовым жезлом порядок, а так все верно.
– Что вы там делали и кто это был?
– Искал тех, кто там был. А кто – этого не подскажу. Не знаю.
Могилевский зло вдавил сигарету в стеклянное дно пепельницы и потребовал:
– С самого начала!
Я рассказал о повторном нападении и перестрелке, ранении одного из нападавших и желании отыскать его и во всем разобраться. Столкновения в клинике приукрашивать не стал, только умолчал о Грачеве.
– Хреново стреляете, Вячеслав Владимирович, – поморщился дознаватель. – Даже ногу отстрелить не смогли!
– Пришили, что ли?
– Пришили.
– А кровь? По крови нельзя отыскать?
– Выгорело там все! А стрелявшие среднего роста и неброской наружности, всех примет, что черненькие, а таких половина Форта. Фургон то ли пыльный белый, то ли серый. То ли китайский, то ли корейский. И не факт, что на учет поставлен. Бардак везде. – Могилевский вытащил из папки пару листов писчей бумаги и ручку, передвинул мне. – Пишите о взломе, попытке убить и похитить. Обо всем пишите.
– С чего бы такое рвение? – удивился я.
– А сами как думаете? – прищурился дружинник.
– Думаете, это братья были? – предположил я.
– Арсенал для них типичный.
– Арсенал типичный, поведение нетипичное.
– Среди братьев тоже отморозков хватает!
– Не стали бы они в помещении «плевком дракона» стрелять. Там от пятнадцати метров рекомендуемая дистанция. На инструктаже такие вещи намертво вбиваются.
– Если это были не братья, значит, есть канал поставки в Форт несертифицированных чарометов. И я хочу его найти.
Я кивнул. Способное работать по площадям оружие, как и алхимические гранаты, для продажи в Форте не предназначалось. Провезти их могли только контрабандой… либо утечка произошла из арсенала Пентагона.
Можно обернуть это в свою пользу?
Наверняка. Но как?
Без всякой спешки и очень подробно, избегая упоминания лишь отдельных моментов, я начал давать письменные показания и почти уже закончил, когда вновь распахнулась дверь и к нам присоединился Петр Наумов.
– Начали без меня? – нахмурился он, заметив исписанные листы.
– Вовсе нет, – ответил Могилевский, закуривая очередную сигарету. – Господин Хмелев проходит у нас еще по одному делу свидетелем. Если у вас есть вопросы, приступайте!
– Пока мы не начали, – выставил я перед собой руку, – выражаю готовность на допрос под гипнозом или с использованием «сыворотки правды».
Представитель Братства покачал головой.
