– Тем более.
Мы поднялись в торговый зал, и там Гордеев отпер витрину с пистолетами.
– Бери «дерринджер», – посоветовал он. – Два ствола, патроны «длинный кольт». Если стрелять в упор, никакой амулет не поможет. Только учти, курок надо самому взводить. Самовзводом не стреляет. Патронов много не нужно, шести штук за глаза хватит.
– Какие посоветуешь? Хотя нет, давай с простой пулей. В упор и так мало не покажется, зато внутренним зрением не определят.
– Как носить будешь? Есть поясная сумочка, есть кобура-вкладыш для карманов.
– Давай кобуру. И посчитай все, чек выпишу.
– Сигналки так бери, – решил Гордеев, подсчитал сумму на калькуляторе и развернул его ко мне, а потом задумчиво постучал пальцами по прилавку. – Не верится мне в такие совпадения. Ты выходишь из ювелирки, и туда сразу вламываются грабители, не раньше и не позже. Кто знал, что ты в «Золото вселенной» собираешься?
– Никто. Ваню предупредил, но он звонил, когда я уже с Колхозного рынка уходил.
– Значит, пасли либо тебя, либо салон. Ничего подозрительного не замечал?
Я подписал чек, заверил его отпечатком пальца и вздохнул.
– Теперь разве вспомнишь?
– Подумай, повспоминай.
– Подумаю, – пообещал я и попросил: – Дверь закрой, а то вдруг суицидальные наклонности заразны.
Мы посмеялись, и я отправился домой.
Поговорил – и как-то сразу на душе легче стало, даже аппетит проснулся. Вот теперь можно и поужинать.
День начался – банальней не бывает. Проснулся, умылся, побрился.
Начал приставать к сонной Ирине – получил по рукам. Увы, о вчерашнем ультиматуме девушка не забыла. Пока она приводила себя в порядок, успел поколотить грушу, отжаться, подтянуться на перекладине и немного поработать с гантелями, а вот на штангу времени уже не осталось.
Ну да и не страшно – чувствую себя превосходно. Будто часть магической энергии в жизненную силу перешла. Пониженное давление? Не про меня.
Наскоро сполоснувшись, я проводил Иру до работы и вернулся к открытию бара. У тети Маши был выходной, поэтому Иван начал возиться с закусками, а я встал за стойку. Ранних посетителей оказалось совсем немало. Кто-то жадно опохмелялся и бежал на работу, кто-то торопливо завтракал яичницей и разогретыми бутербродами с сыром и колбасой. Бар опустел через час, тогда мы позавтракали и сами.
Я уже допивал травяной чай, когда с черного хода зашел Саня и сразу полез в бутылку:
– Ты чего Коле сказал, что у меня руки из задницы растут и сигнализация отстой полный?
– Правда глаза колет?
– Да ты чего собираешь, Хмель?
Я отставил кружку и указал на подбородок.
– Видишь? Люди пришли, подняли меня с кровати и сунули башкой в петлю. И это при включенной сигнализации!
– Пить меньше надо! – огрызнулся чародей. – Если у них «глушилка» была, ко мне какие претензии?
– Не было у них «глушилки». Они звуковым барьером комнату накрыли.
Саня недоверчиво посмотрел на меня, плюхнул на стойку увесистую сумку и вытащил из нее странного вида прибор, сразу с несколькими выдвижными антеннами и монохромным экраном.
– Сейчас проверим! – многозначительно заявил чародей и ушел на второй этаж. – Побродил там пару минут и спустился обратно. – Никто твою защиту не отключал! Работает она!
– Значит, обратно включили.
– Когда ты по ним из пистолета палил?
– Могли дистанционно отключить.
– Фигню говоришь!
– То есть никаких аномалий ты не нашел? И что мне делать прикажешь?
– Пользуйся сигналками, которые Коля дал. Вернусь – придумаю что-нибудь.
– Только противопехотные мины нажимного действия не предлагай.
– Да пошел ты, Хмель!
Саня сунул прибор в сумку и отправился восвояси. Я подбежал к двери черного хода и крикнул ему вдогонку:
– Об алмазах меня спросить сам придумал или подсказал кто?
– Ты совсем, что ли?!
– Значит, сам.
Чародей выставил вверх средний палец и зашел в оружейный дом.
Ишь ты, нервный какой! Стресс у него!
Проснуться в петле – вот это стресс!
Я отнес пустую кружку на кухню, опустил ее в мойку и вернулся за стойку. Не успел еще открыть газету, как с улицы в бар вошел Клим, мрачный и помятый, словно после бессонной ночи.
– О! Пивка для рывка? – поприветствовал я его.
Брат забрался на высокий стул у стойки и спросил:
– Кофе есть?
– В меню или вообще?
– Слав! Налей кофе, башка раскалывается.
Я повернулся к кухне и крикнул:
– Вань, кофе поделишься?
Иван выглянул в зал, посмотрел на Климова и кивнул.
– Поделюсь. Молоко, сахар?
– Без всего.
Размешать в кипятке ложку растворимого кофе у Ивана много времени не заняло; он принес чашку и вернулся на кухню, а я спросил:
– Как дела?
Клим поморщился, осторожно отпил кофе и сказал:
– Не понимаю, что происходит. Похоже, под меня копают, но что надеются нарыть – без понятия.
– Наумов?
– Он.
Я выругался. Руководитель следственной комиссии уже сидел у меня в печенках.
– Тоже наведывался, – сообщил я Климову.
– К тебе он приезжает, а меня только в Пентагон и дергают, – вздохнул брат. – Ладно, я что пришел – в тот день с телефона заведующей салоном звонки не совершались. И чарофона у дяди Миши не было. Так что совпадение.
У меня словно камень с души свалился. Значит, не алмазы.
