– А ну согни руку?
Иден пощупал мускулы, удовлетворенно кивнул.
– Много лучше, но еще надо поработать.
Иден явно не спешил перейти к главному. Он выпил чай, съел три пирожных, приговаривая, что сегодняшний день будет исключением из его правил, зачем-то рассказал, что в корпорации тоже нарушают правила, что цифры на совещаниях начальников отделов ни о чем не говорят, а на это смотрят сквозь пальцы, что он сам был начальником и знает, какие таблицы и графики надо показывать, а какие держать в секрете, что я уже это знаю и показываю то, что начальникам нравится. И еще, что пессимизму в корпорации не место и что надо всех подбадривать, а не вгонять в тоску. Посмеялся, что мы всех с третьего этажа зовем небожителями и что ему это слово нравится.
– А в корпорации не все так гладко, – вдруг сказал он, отодвинув чашку. – У небожителей, как ты их называешь, появились проблемы. Знаешь, сколько уволилось с третьего этажа?
– Как минимум один и ты занял его место.
– Если бы. Я отыскал старые файлы с приказами, так вот – за год уволился каждый пятый. Все ушли по собственному желанию. Уволены задним числом.
Тут он замолчал и стал наблюдать мою реакцию. Я сделал сочувственное лицо.
– По десятке, я думаю? Ушли с пустыми карманами?
– Нет, конечно, – замотал головой Иден. – Там не идиоты придумывать правила против себя. Кто руководит игрой, не обязательно принимает в ней участие. На третьем этаже вообще нет штрафных баллов. Ушли, набитые деньгами, как щекастые белки, слезшие с орехового дерева.
– Ну, ушли и ушли. Если с деньгами, то почему бы и нет? Построят себе виллы на море, яхты купят. Дальше вино, женщины, пальмы на золотом песке.
– Если бы. Я знал двух таких еще по Большой земле. Один меня сюда и вытащил. Взял я машину, добрался до ближайшего телефона-автомата, звоню ему…
Я напрягся, вспомнив рассказ Цвейга.
– Не дозвонился, как я полагаю, – догадался я.
– Трубку взяла какая-то баба. Пьяная. Ревет, говорит, что нет больше моего приятеля. Инфаркт.
– А второй?
– Его я не нашел. Странно это.
Тут он встал, достал из шкафчика бутылку коньяка, бокалы, разлил. Мы молча выпили.
– От первого денежки в корпорацию вернулись? – спросил я.
– Само собой, наследников у него не было. Мы же контракты подписали – если что, деньги назад в корпорацию.
Иден все это говорил, глядя мне в глаза. Неприятное ощущение, я вам скажу!
– Думаешь, что это предупреждение для всех остальных? – спросил я.
Иден опять наполнил бокалы, поднял свой, посмотрел на меня сквозь стекло.
– Об этом я и намеревался с тобой поговорить. Ты хотел бы в этом разобраться?
Ох, как мне не понравился этот вопрос! Я сразу представил больничную палату, капельницу, провода, зеленый луч, рисующий идеальную прямую на экране медицинского монитора… И я в белом халате стою рядом, вокруг качают головами врачи и говорят, что ничего не понимают... Тут явно что-то такое запретное, что даже взглянуть на это может быть смертельно. Пожму-ка я плечами, пусть он думает, что хочет.
– Понимаю, – сказал Иден, – мне тоже страшно туда лезть. Но если все так, как ты подумал, то с этим надо что-то делать. Не сидеть же нам в этой глуши всю жизнь. А ты, кстати, уже на таком уровне, что тебя это тоже коснется.
– Ты хочешь предложить что-то конкретное? – спросил я.
Иден встал, прислонился к кухонному прилавку, помолчал и сказал:
– У Яна ушел второй помощник, он ищет замену. Можно на Большой земле найти, на такую зарплату тысяча кандидатов найдется, но Ян хочет проверенного человека. Я рекомендовал тебя. Ты как, не против стать небожителем?
Я растерялся, попытался обдумать его предложение, но ничего придумать не смог. Сыр в мышеловке выглядел вкусным, да и есть ли мышеловка? Но почему я? В данный момент меня все устраивало, в такой должности и с такой зарплатой я легко протяну три года, а потом… Нет, не понимаю, почему, например, не Ольга? Ян курирует ее работу, давно ее знает. Конечно Ольга была бы лучше, пригласить меня – это явно идея Идена, а сам Ян в курсе?
– А что Ян говорит? – спросил я.
– Он согласился и попросил провести с тобой беседу.
Не понимаю. Меня Ян почти не знает, кто-то ему напел. Вряд ли Иден, конечно это Ольга, кто же еще! Она меня как кочергу сует в огонь, а сама ее за кончик держит. Ты, Марио, давай, иди впереди со знаменем в руках, а она посмотрит, чем все это закончится.
– Ты не бойся, – сказал Иден, которому надоело мое молчание. – Работы реально там нет. Просто Яну полагается два помощника. У него большая команда, а помощники – это для особых поручений. Тебе иногда придется ходить на совещания, надувать там щеки. Не захочешь лезть в темные дела – не будешь. Сам все решишь, когда оглядишься. А если захочешь – поможешь мне кое в чем разобраться. Наверху у тебя появится много возможностей. Если я буду копаться один, то это вызовет подозрение. А вдвоем легче, будем друг друга прикрывать.
Я молчал, думая о таинственном третьем этаже. Там же политика, не люблю я ее. Да еще эти неожиданные инфаркты уехавших. Хотя, Иден сказал, что меня это может уже коснуться. Попал я в ловушку, теперь что, выход только наверху? А может все не так страшно? Опять же новые приключения, будет что вспомнить, если выживу. Ладно, попробую.
– Хорошо, попробуем, – сказал я. – Если честно – есть у меня мечта кое-что понять.
– Вот и отлично! – обрадовался Иден. – Я завтра поговорю с Яном, скажу, что ты готов. Кстати, – Иден остановил меня в дверях. – Я хорошо знал того парня, ну... который с крыши упал. Феликс его звали. Нормальный он был. Специалист отличный, ты и сам, наверное, заметил. Я с ним несколько раз по душам разговаривал. Не нравилась ему корпорация, он мне прямо заявлял: «Гнило тут у нас. Менять все надо, начиная с верхов». Но работал отлично. Я его повысить хотел, да не успел.
Ольга внимательно выслушала мой рассказ, долго молчала, потом сказала:
– Это то, на что я рассчитывала. Рада, что в тебе не ошиблась. Только знай, что с небес падать очень больно. Ты готов к этому?
Я сказал, что всегда готов, хотел обнять ее, но она отстранилась.
– Подожди, посмотрим, что Ян скажет, – сказал она.
– Это ты меня Яну посоветовала?
Ольга ничего не ответила, неожиданно прильнула ко мне и прошептала, что устала решать всякие проблемы.