- Вообще-то, этот цех не для серийного производства предназначен. Скорее - для опытно-экспериментального… Оборудование здесь, в основном - для испытания, доводки, наладки… Большинство деталей мы не делали, на стороне заказывали. Хотя, у нас есть уникальные технологии - нигде в мире больше не встречающееся… Хотя, кому теперь всё это надо… Есть оборудование для штамповки поршней, литью по выплавляемым моделям… Ещё кое-что. Вот этот станок лично я конструировал!
Чем, больше я его слушал, тем больше мне хотелось приобрести всё это… Аж, заколотило!
- Ладно, ладно! Понял! Какой наибольший объём производства - пусть и, «опытно-экспериментального»? Сколько штук в месяц?
- Ну… Если прикупить кое-что из оборудования, нанять и обучить персонал… И, поставщики не подкачают… Ну, штук сто, - сто пятьдесят делать можно.
- Через пару месяцев можно начать производить эти двигатели? Ну, скажем, пока - по одному в месяц?
- Можно, почему нельзя?! Только восстановить надо кое-что - я же распродавать уже всё начал… Правда, «всё» целиком брать никто не хочет. Но, кое-что по мелочи продал. Жить то, на что-то надо…
- Долго восстанавливать?
- Да, нет… Месяц. Ну, может, два… Более в средствах проблема.
- То, есть - через два месяца Вы сможете начать выпуск?
- Какой Вы быстрый! Можно, конечно, но надо ещё людей, что я уволил, найти и уговорить снова на работу сюда устроиться… А, это тоже - деньги и время. А денег у меня, даже на сторожа нет. Вот-вот окрестные ханыги прознают, что здесь по ночам не охраняется… Вообще, ничего не останется!
Однако, вовремя я!
- В деньгах у Вас проблем больше не будет… Сколько на первое время надо? Чтоб, не позже, чем через два месяца Вы приступили к выпуску? Хотя бы по мотору в месяц - первое время?
Ростислав Ефимович отрицательно замахал руками:
- Э нет, уважаемый… Владимир Фёдорович! С меня хватит! Я всего этого за тридцать лет, во - как наелся! Если Вам надо, покупайте всё это целиком за пять миллионов долларов и выпускайте здесь что хотите!
Меня как холодным душем… Это ж, сколько лет я буду вникать в тонкости производства?!
- Давайте, уважаемый Ростислав Ефимович, где-нибудь с Вами пообедаем, а потом посидим за кружкой чая и не торопясь, спокойно побеседуем… У Вас в Истре есть такие места?
- Конечно, есть.
Места, действительно, в Истре были и, в одном из них - довольно уютном кафе мы и, расположились. Время было уже обеденное… Со вчерашнего вечера ничего не ел, да и вчера вечером - не столько ел, сколько закусывал проклятый коньяк, которым меня проклятый Автопром поил, как лошадь! Надеялся наверное, что я по пьяни проболтаюсь - для чего мне эта «хрень», да ещё и в массовых количествах… Ненавижу коньяк!
- Всё-таки странно, Ростислав Ефимович,- начал я разговор, пообедав,- Вы говорите, тридцать лет бьётесь, как рыба об лёд – а, когда приходит настоящий инвестор, Вы вдруг спрыгиваете… Отчего, так?
Шатун фыркнул:
- Можно подумать, Вы - первый «настоящий инвестор»! Знаете, сколько их до Вас было? Дело то, в принципе заманчивое и прибыльное. И, все одинаково кончили. Сначала море ожиданий и энтузиазма, потом ещё больше разочарований… Нас поначалу более тридцати человек было: и двигателисты и авиаконструкторы и пилоты. Кто-то уже давно умер, кто-то просто бросил… Не хочу всё это по новой проходить, надоело!
- В чём загвоздка, то?
- Загвоздка в том, что мы проходим то, что в других странах на других фирмах уже прошли… Хотя, наш движок по некоторым характеристикам и лучше подобных зарубежных аналогов, но те в массовом производстве, а значит - на порядки дешевле! Да и, что греха таить - более доведённые. А значит, более совершенные! Чтоб довести до ума и снизить цену, надо массовое производство… А массового производства нет - потому-то, его никто не покупает, так как он очень дорогой и, недостаточно надёжный… В, общем - порочный круг! Если Вы, как говорите - технолог, значит, должны понимать…
- Я понимаю…
- Могло быть помочь государство, но оно не помогает… Даже, в смысле налогового бремени. Вот, вынь да полож им налог за этот проклятый цех и, всё тут!
- В этот раз всё будет по-иному. Я знаю место, где ваши моторы будут нарасхват, как горячие пирожки.
- Нет, таких мест и никогда уже не будет!
«Будет, будет!- Подумал я,- вернее: было, было!»
- А, давайте ещё попробуем - ну год, предположим.
- Тридцать лет… Да, пожалуй - все сорок уже, я всё пробую, пробую… И всё без толку! Что может год какой-то изменить?
- Многое, если не всё…
- Нет! Я сказал: пять миллионов и делайте сами, что хотите.
Зайдём с другого конца:
- Извините, за пошлый вопрос… А, для чего Вам деньги, Ростислав Ефимович?
Шатун помолчал, собираясь с мыслями. По ходу, для чего ему деньги, он сам ещё не понял, а значит, не всё ещё потеряно:
