Минут пять, чего со мной в жизни ещё не бывало - я истерил: орал, брызгал на всех слюной и топал ногами… Разве, что по полу не катался и ковры не грыз, как Гитлер. «Скелетики» слиняли за фургон, Му-му мял в руках картуз и смотрел в землю… Потом, вроде, успокоился:
- Ну, рассказывайте кто, как дело было.
Начал было рассказывать Му-му, волнуясь и отчаянно махая руками:
- Му-му, му-му-му му-му…
- Достаточно, потом доскажешь... Следующий!
Полина Андреевна, тоже волнуясь и сбиваясь, изо всех сил пытаясь опять не разозлить меня, рассказала, что когда я тогда кинул детворе деньги… Ну, перед тем, как мы с семьёй Му-му «сбежали» из трущёб, то самые сильные и наглые ребятишки быстро расхватали брошенные мной монетки да бумажки, а проигравшие в «борьбе за выживание» увязались незаметно за нами… Ну, да! Это поначалу мы рванули. Потом, из-за дочерей Егора, скорость пришлось резко сбросить. И извозчик, которого мы позже поймали, тоже - как на грех, попался какой-то полусонный, с такой же раскумаренной лошадью… Так, что неудивительно, что за нами проследили, не отстав, даже такие полудохлые детишки.
Проследовав за нами до Постоялого Дома «скелетики» поселились в кустах на пустыре неподалёку. Да, точно - есть такой пустырь и кусты на нём… Я ещё планировал выкупить этот пустырь и на нём автодром устроить – «чайников» учить и автогонки за деньги устраивать… Построили там шалашик из подручных материалов и спокойненько там себе жили-поживали. На следующий день связались с дочерьми Му-му и, те им хавчик носили… А я всё думал, что так много на еду уходило?! Каюсь, грешил на Му-му. Приглядевшись на «скелетиков», снова высунувшись из-за фургона, заметил: да, не такие они, уже и «скелетики»! Отъелись, слегка, на моих харчах. Перед самым отъездом, подтянули и Тихоновну… Потом, когда Му-му с семьёй двинулся в Солнечногорск, запрыгнули потихоньку в фургон, затащили туда же, и Тихоновну, благо старушка лёгонькая и сухонькая и ненамного превосходит их габаритами. В фургоне накрылись разным барахлом и незаметно ехали, пока их - аж за Балахной не обнаружили, когда Му-му полез в фургон за овсом для лошадей.
- Ну, не везти же их было обратно!- совсем разволновалась Полина Андреевна. Дааа! Дилемма… По ходу, придётся открывать ещё и детский приют! Приют имени Мишки Квакина22 – как всегда осенило на название…
Я прошёлся вдоль подобия строя «скелетиков», заглядывая им в глаза. По годам им где-то от пяти, до двенадцати лет. Мальчиков трое - самых маленьких, девочек пятеро. Во! Даже, двойняшки есть!
- А, родители вас не ищут?
В ответ самая старшая девочка - лет двенадцати, черноволосая, долговязая и тощая, как спортивный велосипед, но бойкая как воробушек, которая - как я понял, была у них заводилой, ответила:
- Смеёшься, дяденька? Будут они нас искать, как же… Наши родители только и думают, чтоб мы побыстрее сдохли!
Я подошёл к девочке вплотную, посмотрел ей в глаза, приставил палец к носу и тихо, но «страшно» сказал:
- Никогда, никогда, слышишь, девочка? Никогда, не говори так о своих родителях! Думать – думай, что хочешь. Но, вслух не говори! Понятно, девочка?!
Девочка фиг испугалась:
- Понятно, чего тут не понятного…
- Как зовут?
- Настя.
- Будешь, Настя, старшей пионервожатой…
- Кем, кем?
- Потом объясню…
Я подошёл к Тихоновне:
- Вы кем этой гоп-компании приходитесь?
- Ась?
- Кто они вам? Дети, внуки или просто, племянники?
Старушка замялась, вместо неё ответила опять Настя:
- Да, никто она нам. Прибилась откуда-то. Но дороже, чем родная мать…
- Ещё раз, что-нибудь нехорошее про мать услышу – задеру юбку и выпорю похлеще родного отца!
Ага! Испугалась она, а как же!
- А, давай! Ни разу, родной отец не порол! В основном, не замечал - когда как обычно пьяный, а так - в ухо бил, когда трезвый и злой...
Нет, ну вы видали? Ох и, хапну я с ними горя, чуйка у меня есть!
- Встать в строй!- рявкнул я.
«Подходи, как-нибудь - когда подрастёшь. Так, по попке отшлёпаю!»,- хотел добавить, но сдержался.
- Назначаешься, Тихоновна, директором этого дурдома… То бишь, детдома.
- Чаво, это?
- Таво, это. Будешь рулить приютом, Тихоновна. А, эта чертовка пусть будет у тебя помощницей…
- Настюха, то? Настюха помошница…
Тьфу, ты блин! Ну ладно, потом разберёмся…
Ну, чё делать?
- Егор!- обратился я к Му-му,- выдай из фургона пайку на пару дней этой шайке и езжай с семьёй в Замок.
- Михалыч,- это я Громосеке,- садись с ними. Фургон и лошадей поставите в гараж… В конюшню, то есть. Накачай им воды для питья, готовки и поения лошадей. Пускай, в общем, располагаются – а ты им помоги… Комнату я им сам подберу – подумаю ещё, какую… Наверное ту – угловую, она побольше. Временно разрешаю в оранжереи костёр палить – для готовки… Понял, да?!
Подумал. Подумал… Что ещё?
- Ладно, езжайте.
Теперь с «скелетиками»…
- Степан! У нас есть ещё дом, побольше и поцелее? Для детского приюта?
Степан на минуту задумался:
- Побольше есть. Поцелее – навряд ли…
- Ну, пойдём посмотрим тот, что побольше. Эй, бандформирование! Собрали шмутки и строем за мной!
