Застыв перед стеклом, я принялся обозревать улицу когда-то небольшого поселения, крупно разросшегося за годы присутствия Империи на планете. В связи с последними событиями каргарианцы готовились к коронному договору с Септиколией – и это было заметно: появился ровный проспект главной улицы, у обочин которого замерла многочисленная строительная техника – готовясь сносить кособокие, слепленные из песчаника дома для расчистки места под возведение новых, современных. Но это были пока точенные изменения – всего месяц назад Каргар получил уникальную возможность шагнуть через несколько цивилизационных ступеней развития сразу, поэтому город все еще напоминал поселение кочевников из жести и палок, местами сверкая лоском предметов цивилизации.
Улицы были запружены народом – паникующая толпа закутанных в грязно-серо-желто-бурые безразмерные хламиды местных текла рекой, стремясь выбраться прочь из города. Впрочем, то тут, то там в массе каргарианцев мелькали современные наряды – функциональные комбинезоны и защищающие от палящей жары накидки специалистов из туземцев – находящихся на службе Империи.
В дальнем краю города, в безветрии густо поднимались многочисленные дымы – среди которых - словно шершни, над пожарищем кружили машины тактической авиации, раз за разом нанося удары по горящим кварталам. Вдруг с земли – стремительно, короткими росчерками, рванулось сразу несколько крылатых монстров. Твари взлетели так быстро, что создалось впечатление, что они выпущены мощнейшей катапультой. Два крылатых монстра смогли достичь цели - расправив крылья, они облепили одну из имперских машин. Штурмовик, потеряв плавность полета, закувыркался и почти сразу упал, взметнув обломками несколько зданий - сразу же в месте падения поднялся высокий столб взрыва.
Оставшаяся двойка звена, маневрами уклонения избежавшая атаки, моментально набрала высоту, превратившись в едва заметные точки на небе. Потеряв их из вида, я вновь осмотрелся – и понял, что если совсем недавно, в парке, наблюдал большое количество имперских машин в воздухе, то сейчас ни одной из них больше видно не было.
Части септиколийской колониальной армии закончили эвакуацию резиденции генерал-губернатора и покинули город. Не совсем понимая, почему так произошло, я широко раскрытыми глазами наблюдал за панорамой горящего поселения – думая о том, что можно было отстоять резиденцию генерал-губернатора.
Вдруг в небе появился гигантский корабль чужих, похожий на пикирующий дирижабль. Падал он на огромной скорости, но из-за его титанических размеров создавалось впечатление, что перевитый черными, словно живыми жгутами вен кокон двигается величественно-неспешно. Вдруг, раскрываясь словно цветок, страшный кокон затормозил падение, теряя форму и мягким покрывалом опускаясь сразу несколько кварталов. Чувствуя, как мгновенно пересохло горло от осознания увиденного, я наблюдал приземление транспорта чужих – из которого уже выкатывался плотный ковер шевелящейся массы тварей. Видимо решение имперцев покинуть город было не столь неправильным – подумал я, соотнося зрелище многочисленных парящих над городом крылатых тварей и отсутствие имперской авиации – думаю при наличие реальной возможности кокон чужих был бы уничтожен еще на подлете.
Время уходило как песок сквозь пальцы – поэтому оставив размышления о вторжении, я обратил взгляд на улицы рядом. В одном из концов примыкающей к резиденции переулка заметил появившуюся группу чужих – которые, словно погонщики, преследовали беглецов из местных – оставляя за собой многочисленные трупы тех, кого смогли догнать.
Пытаясь за краткое время понять, что мне делать, и как искать любые, хоть какие-нибудь имперские силы, я скользил взглядом по городу, как вдруг услышал сзади характерный перестук костяных лап. Даже не оборачиваясь, несколько раз выстрелил по периметру окна – прикладом его бить было бесполезно. Потерявшее форму прозрачная поверхность с треском – но не разлетаясь на осколки, вывалилась на улицу, и в лицо мне дохнуло жаром раскаленной полуденным солнцем земли.
Выпрыгнув, в этот раз я даже устоял на ногах – и перебежав через улицу, проталкиваясь через многочисленных бегущих и гомонящих в панике жителей, вскинул оружие, примериваясь к стрельбе без привычного целеуказания визора. Несколько выстрелов – и появившиеся в разбитом мною проеме чужие умерли – один из них вывалился в окно мешком, только лапы громко ударились о тротуар.
