— Нет, спасибо, попои девушку. Ты прав: вулкан будет извергаться не один день, поэтому я на месте выживших сбежал бы в Мексику или через океан. Наверное, те, кто поумней, так и сделают. Пьет она воду?
— Выпила.
— Джейн, ты как? — спросил Сергей. — Говорить можешь?
— Вы знали, что так будет! — с горечью сказала девушка. — Почему молчали? Хотели все забрать себе? Правильно про вас говорили! Я читала об этом вулкане, только не верила. И никто не хотел верить. У нас все погибли?
— Миллионов двадцать в южных штатах уцелеют, — ответил Сергей. — Потом будут искать спасения в разных странах. — Поможем только мы и Австралия.
— А Европа? — с недоверием спросила она. — Неужели Европа не поможет?
— Это только начало, — сказал ей Олег. — По всему миру от голода и морозов погибнут миллиарды людей. Просто вы были первыми. А европейцы к нам еще сами придут за помощью. Ты спросила, почему не сказали, и сама же ответила.
— Это когда? — не поняла Джейн.
— Когда сказала, что вам о нас правильно говорили. Американскому народу вдолбили в голову, что мы враги. Все ваше оружие готовилось в первую очередь против нас. Мы неоднократно протягивали вам руку, и по ней неизменно били. С какой стати вам помогать?
— А почему тогда помогли мне?
— Отдельные люди это не вся нация, — пояснил ей Сергей. — У нас будет немало американцев. А ты просто сильно похожа на мою сестру, вот и пожалел. Но насильно тебя никто спасать не будет. Приедем на побережье и, если захочешь, сможешь нас покинуть. Только не советую. В такие времена многие люди звереют, и ты одна без поддержки не выживешь. Олег, температура совсем упала, а газа меньше процента. В городе наверняка будут живые. Приготовь оружие.
— Зачем вам оружие? — спросила девушка.
— Затем, милая, что никакого закона и порядка в Сан Антонио не будет, — сказал ей Сергей. — Пепла падает гораздо меньше, но не видно не зги. Сейчас ночь, может быть, хоть что‑то увидим утром. Через полчаса баллоны опустеют, возьмите маски.
Когда дышать стало тяжело, надели маски и слегка приоткрыли одно из окон. Вместе с воздухом в окно задувало и пепел, но не слишком сильно.
— Фильтрующих свойств масок хватит только на десять часов, — сказал Сергей. — Пепла совсем мало, поэтому включу фары. Накопители, кстати, тоже садяться, но главное, что до города доехали, а до побережья рукой подать.
— А зачем вы снимали извержение и так собой рисковали? — спросила Джейн.
— Потому что дураки, — объяснил Олег. — Он дурак потому что загорелся снять то, что никто до него не снимал и уже никогда не снимет, а я дурак, потому что поддался на его уговоры. А тебе от нашей глупости одна выгода, она тебе спасла жизнь.
— А кто вы вообще, шпионы?
— Ну насмешила! — засмеялся Олег. — Где ты видела таких глупых шпионов? Хотя… — он задумался — что‑то общее есть.
— Ты его меньше слушай, — сказал Сергей. — Шпионы наносят вред, а наши действия никому не навредили. Мы с ним программисты. Америка нас кое в чем обогнала, а мы эти достижения позаимствовали. Не поняла? Ваши корпорации не включают свои локальные сети в государственную. Наши люди долго работали, пока нашли к ним подход. А потом приехали мы, взломали защиту и передали все нужное через спутники связи. Взлом хорошей защиты никогда не проходит бесследно, вскоре поднимается шум. Если бы мы вскрыли одну сеть, остальные эту лазейку перекрыли бы, а при массовом вскрытии сразу бы догадались, чьих рук дело. А это чревато крупными неприятностями. А когда эту работу проводят за день до извержения, даже если успеют что‑то раскопать, уже никто не отреагирует, и труд тысяч ученых и инженеров спасен для человечества!
— А под человечеством вы понимаете себя, — горько сказала она. — Я должна вас ненавидеть, но почему‑то не получается.
— Ничего, — пообещал ей Олег. — Ты меня еще полюбишь. На всякий случай запомни, что я холостой, а Сергей тебе уже брат!
— Замолчи, балабон! — прервал его напарник. — Въезжаем в город.
— Вот и свершилось, — сказал жене Алексей, выключая экран настенного коммуникатора, который вчера установили в его домашнем кабинете. — Вид со спутника меня не впечатлил.
Катастрофа произошла, и можно было без ограничений использовать в работе современное оборудование, что и делали. Возможные утечки информации больше никого не волновали.
— Лично мне такие впечатления и даром не нужны, — сказала Лида. — Если бы кто‑то умудрился заснять, как лавовые потоки сжигают города, я бы такую запись уничтожила. В картинах катастроф есть что‑то притягательное, но они разрушительно действуют на психику. Ты сейчас на работу?
— Нет, останусь с тобой. Все, что нужно было сделать, я сделал, сейчас работают другие. Мне встревать в их работу — это только мешать. Понадоблюсь, свяжутся по комму. Время для моей работы еще не пришло, поэтому сегодняшний день проведем вместе.
— Интересно, как на это отреагируют другие, — Лида встала со своего кресла и перебралась мужу на колени. — Включить телевизор?
