Dante. Inferno, v. 121.[8]<p>I</p>«Наш вольный дух вьет вольный свой полетНад радостною ширью синих вод:Везде, где ветры пенный вал ведут,Владенья наши, дом наш и приют.Вот наше царство, нет ему границ;Наш флаг — наш скипетр — всех склоняет ниц.Досуг и труд, сменяясь в буйстве дней,Нас одаряют радостью своей.О, кто поймет? Не раб ли жалких нег,Кто весь дрожит, волны завидя бег?Не паразит ли, чей развратный духПокоем сыт и к зову счастья глух?Кто, кроме смелых, чья душа поетИ сердце пляшет над простором вод,Поймет восторг и пьяный пульс бродяг,Что без дорог несут в морях свой флаг?То чувство ищет схватки и борьбы:Нам — упоенье, где дрожат рабы;Нам любо там, где трус, полуживой,Теряет ум, и чудной полнотойТогда живут в нас тело и душа,Надеждою и мужеством дыша.Что смерть? покой, хоть глубже сон и мрак,Она ль страшна, коль рядом гибнет враг?Готовы к ней, жизнь жизни мы берем,А смерть одна — в болезни ль, под мечом;Пусть ползают привыкшие страдать,Из года в год цепляясь за кровать;Полумертва, пусть никнет голова;Наш смертный одр — зеленая трава;За вздохом вздох пусть гаснет жизнь у них;У нас — удар, и нету мук земных;Пусть гордость мертвых — роскошь урн и плит,Пусть клеветник надгробья золотит,А нас почтит слезою дружный стан,Наш саван — волны, гроб наш — океан;А на попойке память возданаНам будет кружкой красного вина;Друзья, победой кончив абордаж,Деля добычу, вспомнят облик нашИ скажут, с тенью хмурою у глаз:„Как бы убитый ликовал сейчас!“»<p>II</p>
