Сарита поискала глазами хранительниц бань, но их нигде не было видно, и когда Кадига и Зулема ушли, она осталась совершенно одна в этом тихом и располагающем к отдыху, месте. Одиночество и тишина оказали на Сариту любопытный эффект и она погрузилась в размышления о том, что должно было вскоре произойти с ней. Именно для этого и были предназначены подобные моменты и, действуя неосознанно, Сарита сняла платье и теперь стояла обнаженная, чувствуя, как набухают ее соски, а тело наполняется желанием. Она подняла руки и томно потянулась;
Абул любовался ею, стоя за колонной. Никогда раньше он не думал, что одно только лицезрение женского тела способно так сильно возбудить его.
Абул буквально впитывал в себя каждый изгиб ее совершенного тела. Он и раньше видел ее обнаженной, но сегодня ее нагота как бы была более полной, поскольку Сарита находилась наедине сама с собой.
Как же ты прекрасна, - сказал он, выходя из-за колонны.
Сарита подбежала к нему: глаза ее сверкали, а на губах играла легкая улыбка.
- Как нелюбезно с твоей стороны - прятаться в присутствии раздетой женщины.
- Может быть, но это доставило мне столько удовольствия.
Абул подошел к ней, взял за руки и притянул к себе и прижался губами к ее губам. Сарита, наконец, позволила себе отдаться своему чувству, и вложила в этот поцелуй всю свою страсть.
Его тело напряглось, и Сарита почувствовала, что в ее живот уперлось его древо.
- Сними одежду, - прошептала она, - я не чувствую тебя полностью.
Абул на секунду удивился ее прямоте, хотя и понимал, что она не была девственницей, но не ожидал от нее такой раскрепощенности и доверия.
Он думал, что она будет более сдержанной, но, глядя ей в глаза, горящие неукротимым желанием, улыбнулся и быстро сдернул с себя бурнус.
Сарита удовлетворенно вздохнула.
- Я столько раз хотела прикоснуться к тебе, - призналась она, водя ладонями по его соскам и низу живота. - Когда мы были здесь в последний раз, мне было так трудно сдержать себя. А вот ты... - И она посмотрела на него с печальной улыбкой:
- А ты, похоже, был абсолютно безразличен к моему телу. Я боялась, что перестала для тебя быть желанной, боялась ужасно.
Абул нахмурился, стараясь вспомнить, о чем она говорит. Вспомнив же, он разразился неудержимым смехом.
- Это, святая невинность, было связано с тем, что я провел с Фатимой значительное количество времени. После той ночи с тобой я чувствовал себя отвратительно.
- А-а... - она кивнула и положила руку ему на живот, чувствуя непроизвольное сокращение его мышц, затем ее рука скользнула между его бедер.
- Но сегодня, похоже, таких трудностей у нас не будет.
- Никаких, - согласился он и дыхание у него участилось, - наоборот. Пойдем в бани, пока мы... или скорее я.., приму незрелое решение. Улыбаясь, Сарита отняла руки от его тела.
- Мне просто не верится, мой господин калиф.
Неужели вы теряете контроль над собой?
- Обычно со мной такого не происходит, - сказал он, целуя ее ладони, но ты, моя Сарита, оказываешь на меня странное воздействие.
Ноги Сариты заерзали по прохладным плитам - желание в ней стало совершенно неукротимым.
- Возможно, нам следует принять ванны позднее.
- Нет, - твердо сказал Абул, - я и так жду всю жизнь, так что готов подождать еще немного. Пойдем. - И он подвел ее к краешку мраморной ванны, наполненной горячей водой.
Сарита скользнула в воду и теперь смотрела на Абула, устроившегося напротив. Она вытянула ногу и провела ею по его ноге - снизу доверху.
- Мне кажется, нам не стоит сегодня принимать холодную ванну, заметила она рассудительно.
- Нет, мы должны пройти через все стадии, - отозвался он лениво, подставляя свое тело кончикам пальцев ее ног.
- Но, боюсь, холодная вода приведет к тому, что мы совершенно съежимся, - сказала она с видом, в высшей степени озабоченным, в то время как ее ноги делали свое дело.
- Скорее к этому приведет воздействие подошв твоих ног, - парировал Абул, внезапно хватая ее ноги. - Ладно, довольно озорства, иди сюда. Освободив ее ноги, он потянулся к ней, и вот она уже сидела между его коленями. - Так-то лучше. - Он просунул руки под ее груди, поднимая их высоко-высоко, и стал перекатывать отяжелевшие соски между пальцами, увеличивая давление так что, в конце концов, она застонала, изогнувшись, желая продолжения ласк.
- Встань на колени, - тихо приказал он ей, и руки его заскользили по ее животу, пока не затерялись в шелковистом треугольнике. Она повиновалась и Абул раздвинул ее бедра, чтобы она могла получить наслаждение от ласк, которые производила вода и его пальцы. Потом он притянул ее к себе и положил поперек своих коленей, так что тело ее открылось для его освоения и довел ее практически до беспамятства - для нее водная стихия была теперь неотделима от мужчины, и эта стихия ласкала и держала ее, поднимая к вершинам блаженства.
На этот раз разум не запрещал ей получать удовольствие, и она полностью отдалась ему.
Абул держал ее до тех пор, пока тело ее не перестало трепетать. Она открыла глаза, улыбнулась, погладила его по лицу.
Похоже, я вся растворилась.
Абул тихо рассмеялся:
