Орлов молниеносно отреагировал - его рука в мгновение ока облачилась в идентичную перчатку доспеха, а из рукава с характерным щелчком выскользнул кортик. Стальной клинок холодно блеснул в свете уличных фонарей.
"Почему такое знакомство?" - его голос звучал настороженно. "Почему никто из старших не представил нас должным образом?"
Я решил не распространяться: "В среду убили Фроста. Я застал его последние минуты... Он велел мне найти Первого". Намеренно опустил детали, наблюдая, как тень пробегает по лицу собеседника.
"Дела-то какие..." - пробормотал Орлов, вращая кортик в пальцах. "Вижу тебя второй раз. Сначала - протеже Карасева, которого нужно пристроить к 'государевой кормушке'. А теперь вот что... Кортик, знакомство с Четвертым... Почему я должен верить тебе на слово?"
"Верить не обязаны, - парировал я. - Но раз уж вы упомянули старших... Если среди них есть Первый, передайте: владелец седьмого кортика, кандидат от Четвертого, просит аудиенции". Для убедительности я продемонстрировал перстень Фроста, древний символ, переливающийся в свете заката.
Орлов задумчиво кивнул: "Так-так... И ты живешь у Карасевых?"
"Да", - подтвердил я.
"Возвращайся домой, - наконец сказал Орлов. - С тобой свяжутся, если Первый сочтет нужным встретиться".
"Последний вопрос, - не удержался я. - Где здесь ближайший телепорт?"
"В кремле, в закрытой зоне, - усмехнулся он. - Но эта информация тебе бесполезна - туда не пройти".
"Благодарю, - я сделал легкий поклон. - Надеюсь на продолжение сотрудничества по проекту модульных дронов". Развернувшись, я направился к Семену, который терпеливо ждал у дальних ворот, переминаясь с ноги на ногу и явно скучая.
"И что, никакого блэкджека и толпы прекрасных куртизанок?" — с наигранным разочарованием спросил я у Семёна, пока мы ждали наш поезд на залитом желтым светом фонарей перроне. Холодный ветер гнал по рельсам клочья тумана, а где-то вдалеке кричал паровозный гудок.
Семён вздохнул, поправляя дорогой шерстяной шарф:
— Не трави душу, Петь. Лучше уж дома устрою кутеж по всем правилам. Сейчас нужно соблюдать приличия — контракты ещё не подписаны, всё на уровне устных договорённостей. — Он многозначительно поднял палец. — Официально это всего лишь обозначение намерений.
В памяти всплыли воспоминания о прошлой поездке — тёплые вечера с купеческой дочкой, её смех, звонкий как колокольчики... Но я твёрдо решил не напоминать о себе. Пусть лучше останется красивым воспоминанием, чем неловкой встречей после долгой разлуки.
Едва мы разместились в купе, как Семён оживился:
— Пойдём в вагон-ресторан!
Я удивлённо поднял бровь:
— Ты же сам говорил о соблюдении норм?
— Ну так это и есть норма! — Семён потирал руки, как заправский делец. — Мы же не напиваться собрались, а культурно перекусить. Кофеек с круассанами, может, лёгкий десерт... — Его глаза уже блестели в предвкушении.
Роскошный вагон с красными бархатными занавесками и полированными столиками превзошёл все ожидания. Мы заказали:
Ароматный кофе по-восточному
Слоёные круассаны с миндальной начинкой
Нежное фуа-гра с трюфелями
Лёгкий салат с утиной грудкой
Разговор лился легко, время летело незаметно. Лишь когда часы пробили полночь, мы с трудом поднялись из-за стола — сытые, довольные и слегка сонные.
"Вот это я понимаю — деловая поездка", — пробормотал я, устраиваясь в своём купе, пока поезд мерно покачивался, унося нас к столице. Где-то за окном мелькали огни одиноких деревень, а в голове уже строились планы на завтра.
Вернувшись домой и оставив дроны, я сразу направился в магазин электротехники. В отделе электросамокатов мой взгляд сразу упал на идеальную модель - компактную складную версию, практически неотличимую от десятков других. В сложенном состоянии он был размером с мою ногу, но главное преимущество заключалось в гибридной системе зарядки - от сети и магической энергии.
Расплатившись наличными, я вышел из магазина и, убедившись в отсутствии наблюдения (проверив все возможные углы и камеры), спрятал приобретение в пространственное хранилище. Теперь в нём помещались не только телефон и документы, но и более габаритные предметы.
Интересный побочный эффект - постоянное поддержание хранилища не только расходовало энергию, но и постепенно увеличивало его объём. Пусть всего на 1–2 см в неделю, но прогресс был налицо. Энергозатраты при этом росли незначительно.
