"Внук начальника академии," - пояснил лаборант. - "Молодой лейтенант Букреев Александр Васильевич. На нем первом и испытывали доспех. Начальник академии не позволил рисковать другими людьми." В голосе Дениса Петровича прозвучало уважение.
"Так что заезжай вечером в лабораторию, найдем вместе Александра Васильевича. У него легенда - работа в академии. Он заведующий другой лабораторией при кафедре радиолокации. Как раз там и есть практические занятия по робототехнике. Узнаешь поподробнее о возможностях вероятного противника."
"Ладно, до вечера," - кивнул я.
"Бланки от меня получишь в лаборатории. Пока," - сказал лаборант, ненавязчиво выпроваживая меня из кабинета 314, который оказался не таким уж и звиздецом, как я сначала подумал.
Пока я был в медицинском вузе, решил убить двух зайцев: проведать Ольгу и разузнать расписание занятий будущих экспертов.
Приемная ректора встретила меня пустым кабинетом Василисы Георгиевны и строгим взглядом секретарши, которая, кажется, заподозрила во мне террориста, раз я осмелился войти без стука.
— Не прокатило, — мысленно вздохнул я, вежливо улыбнувшись и отступив к двери.
Зато расписание на стенде перед кафедрой висело как нарочно — яркое, подробное, с пометками. Я быстренько сфоткал его на телефон, а потом, по глупости, попытался заглянуть в сам кабинет кафедры.
— Молодой человек! — раздался голос, от которого я чуть не подпрыгнул. Секретарша кафедры смотрела на меня так, будто я только что плюнул в святую воду. — Вы куда?!
Я посмотрел на часы. 12:30.
— Ой, обеденный перерыв… — пробормотал я.
— Именно! — ее взгляд говорил:
Ничего не добившись, я вышел на улицу. Время еще было, в академию магии я уже опоздал, так что решил по горячим следам навестить Степана Федоровича.
Домой я поехал на трамвайчике. Хоть время и было дорого, но в будний день, в рабочее время, вагон был пуст — лишь пара пенсионеров да студентка, уткнувшаяся в книгу.
Я устроился в самом конце, у окна. Трамвай мягко покачивался, рельсы гудели под колесами, а за стеклом мелькали первые признаки осени — желтеющие листья, серое небо, прохожие в легких куртках.
Это было сродни медитации. На несколько минут я забыл про доспехи, магию и лаборатории — просто существовал, наблюдая за городом.
Дома меня ждал аромат щей и довольный Степан Федорович, который как раз уплетал обед.
— Ты вовремя! — обрадовался он, наливая мне тарелку.
Я с удовольствием присоединился, запивая щи клюквенным морсом, и рассказал про вчерашние "тренировки".
— Пойдем в мастерскую, — сказал дедушка, доедая последний кусок хлеба. — Будешь заряжать самые нудные и простые артефакты.
— И какие же это? — насторожился я.
— Фонарики.
Я замер с ложкой в воздухе.
— Серьезно?
— Ага, — Степан Федорович рассмеялся. — В век электричества все равно выгоднее использовать артефактные. Обычное свечение, а не ток — дешевле, экологичнее, да и почти вечные. Выдерживают почти миллион циклов перезарядки.
— Но… это же скучно.
— Зато много, — усмехнулся он. — Государева обязанность — каждая мастерская должна выполнять норму по перезаряду в месяц. Обычно эту работу сваливают на подмастерьев.
— И платят за это копейки, — догадался я.
— Ну а что ты хотел? — дедушка похлопал меня по плечу. — Чтобы я тебе сразу доверил зарядку артефакта стоимостью в миллион?
Грустно вздохнув, я покорился судьбе. До вечера еще далеко, а фонарики, похоже, стали моей новой реальностью.
Моя спина затекла, пальцы немели, а веки слипались от монотонности. Я уже зарядил 52-й фонарик, и каждый из них казался мне зловеще одинаковым – холодный металлический корпус, тусклое стекло, зеленый индикатор, загорающийся после зарядки.
И тут явился он.
Семен вошел в мастерскую, как ангел-спаситель во плоти, с кружкой чая в одной руке и бутербродом с колбасой в другой.
— Держи, бедолага, — протянул он мне еду, ловко подменяя меня у зарядного устройства. — Я тебя подменю.
Я с благодарностью поглощал бутерброд, пока Семен ловко пристроился на моем месте.
— Как ты это делаешь? — спросил я, наблюдая, как он без лишних движений берет фонарик, кладет на подложку, хватается за рукояти и мгновенно наполняет его энергией.
— Привычка, — пожал он плечами. — Я за пять часов тысячу штук заряжаю.
— Тысячу?! — я чуть не поперхнулся чаем.
— Дедушка говорит, можно и больше, — усмехнулся Семен. — Надо просто научиться заряжать несколько штук одновременно.
— И кто так умеет?
— Те, кто фонариками уже не занимается, — загадочно ответил он.
Допивая чай, я с любопытством спросил: — Откуда вообще столько фонариков берется? Вон их целый склад!
Семен, не отрываясь от работы, пояснил: — По понедельникам нам привозят коробки из торговых центров. Наша мастерская обслуживает несколько крупных магазинов. Люди сдают разряженные - мы возвращаем заряженные. Круговорот фонариков в природе, — усмехнулся он.
— А что происходит, когда ресурс исчерпан? — поинтересовался я.
