Дома, закрывшись у Аны, мы втроем с Йоландой посмотрели запись, где трое здоровяков скручивали Миранду, пока Йоланда кидалась на них с кулаками. Из-за зернистого, трясущегося изображения ее лицо было не различить, но фигуру я узнал. В конце концов мужчины швырнули Йоланду на землю, а ее подругу затолкали в «ладу». Машина сорвалась с места. Йоланда попыталась бежать следом, но остановилась.
– Никогда не чувствовала себя такой беспомощной, – призналась она нам. – Вот только мы шли с Мирандой, и вдруг они хватают ее, а я ничего не могу сделать. Те парни словно вообще меня не заметили. Им было плевать, кто я. Иначе у нас с Хуанитой уже возникли бы проблемы.
«Отель Парк Централь» был богатым и недавно отреставрированным. Обширное фойе, открытый двор под пирамидальной стеклянной крышей. Бар, ресторан, пальмы вокруг столиков. Все новое, чистое и дорогое, от классических белых колонн во дворе до плетеных кресел и мраморного пола.
Воздух звенел от разных языков. Кубинцами были только служащие. Я невольно задумался, каково это – жить где-нибудь вроде квартиры Лисани и работать здесь, обслуживая иностранцев, которые воспринимают эту роскошь как должное.
Мы поднялись на второй этаж и сели на диване так, чтобы никто не мог нас подслушать или заглянуть через плечо. Ана пошла покупать карту на вай-фай – здесь за час Интернета ломили пять «куков». Я включил ноутбук и подготовил файл.
Сжал видео так, что минута съемки заняла всего пару мегабайт. Написал текстовый файл с инструкцией, как опубликовать видео. Потом зашифровал оба через Serpent-Twofish-AES – алгоритм, который даже в АНБ сразу не взломают.
Возможно, вы зададитесь вопросом, откуда я знаю про шифрование. Если так, то вы никогда не сталкивались с разъяренным любителем кошек. Назвать животное лопоухим вроде не такое уж оскорбление, правда? Однако это не помешало пользователю
Итак, зашифровать видео несложно. Но мне надо было переслать файл тому, кто сумеет его открыть и опубликовать. Тому, кто знает пароль так, чтобы мне не пришлось произносить его вслух.
Я тихо объяснил все это Ане, пока подключался к Сети. – Есть кто-то, кому ты можешь доверять? – спросила Ана.
– Да. Латук Игорев.
Перед тем как пойти в отель, я послал другу сообщение и велел ждать у компьютера. А теперь зашел в почту Гугла и написал ему: «Привет, чувак».
Пять секунд спустя пришел ответ: «Рииииик! Как жиииизнь???»
Я сморгнул слезы – защитная реакция организма на подобное приветствие. «Да как всегда. Солнце, песок, девчонки. Ну ты понял».
«А тут один Xbox, куриные крылышки и вазелин».
«Тебе Ана привет передает. Она тоже тут. Сидит рядом со мной».
Ана слегка пихнула меня в бок.
«Вазелин сугубо для медицинских целей», – заверил Латук.
«Это каких?»
«Эй, я тебе говорил про „Синие орехи“? Мы отправляемся в тур».
«Ана говорит, что не желает слушать про твои синие орехи».
На этот раз меня пихнули уже не слегка. А пока я пытался отдышаться, Ана забрала у меня клавиатуру: «Это Ана. Расскажи мне все про свои орехи».
«Спроси Рика, – ответил Латук. – Он глава моего фан-клуба».
«Я объединю его с кошачьим сайтом, – пригрозил я. – Поклонников у вас прибавится, но стиль придется подправить. Вам надо будет побольше мяукать».
«Только если ты мне уроки по вокалу дашь», – написал Латук.
Я подумал, что к этому моменту любой местный госслужащий, который сумел пробиться через шифровку Гугла, уже наверняка решил, что нечего переводить на нас время.
Я поднял глаза от ноутбука. Никто на нас не смотрел. Охранник стоял у перил и наблюдал за двором. Вроде все тихо.
У меня сжался желудок.
«Слушай, не сделаешь для меня кое-что?»
«Что именно?»
«Сюрприз кое для кого». Технически так и есть. «Как тогда, когда мы организовали вечеринку на день рождения Роба Кенны и пригласили всех чирлидеров, помнишь?»
Долгая пауза. «Конечно».
Хорошо. Латук не стал спрашивать, что за чушь я несу, – значит, что-то понял. «Я пошлю тебе письмо с архивом и инструкцией. Тебе понадобится пароль».
«Хорошо».
«Пароль – особое прозвище Роба Кенны».
«Что?» Секунду спустя: «А, понял».
– Кто такой Роб Кенна? – спросила Ана. – И что за особое прозвище?
– Позже расскажу. – Я выразительно огляделся.
Ана кивнула.
Вообще-то дело не только в том, что я опасался, как бы нас не подслушали. Пароль состоял из таких слов, которые не говорят любимой девушке, да и не пишут тоже. В особом прозвище Роба Кенны упоминались пудели, свиньи, а также некоторые креативные названия частей человеческого тела. Мы с Латуком очень хорошо его знали, потому что в десятом классе целый месяц играли в «Имя Кенны». Я одержал уверенную победу.
Я послал Латуку файл. Он долго грузился (спасибо неторопливому Интернету), но в итоге все же дошел.
«Получил, – подтвердил Латук. А потом пять минут спустя: – Чувак…»
«Ага».
«Нет, чувак…»
«Знаю, знаю, – написал я. – Я о многом прошу».
