Кощей. Перезагрузка полностью

КОЩЕЙ. ПЕРЕЗАГРУЗКА

Саундтреки для атмосферы:

Мельница

Царевич

Роман Бобров

Валлерманъ

Пресветлый Ирий ждет

Азъ есмь воленъ

Северная

* * *

Проснулся я от необычного звука. Мой будильник взбесился и почему-то выдал звук, похожий на мычание коровы. Спросонья мне даже показалось, будто я и запах слышу соответствующий.

Недовольно поморщился и, не открывая глаз, потянулся за телефоном. Но вместо него рука поймала какие-то мягкие травинки. Что за хрень?

Я открыл глаза и уставился на собственную руку. У меня в пальцах оказалось самое настоящее сено. Ну вот и что сено делает в моей спальне? Стоп… А что в моей спальне делает живая, мать ее, корова?!

Это был не звук телефона. Рядом со мной действительно стояла самая настоящая корова и с философским видом жевала сено. Даже попыталась сожрать его с моей руки, которую я поспешно отдернул.

Сам я лежал в каком-то вонючем хлеву. Освещением служили несколько лучей света, проникавшие в щели.

- Что за!..

Восклицание застыло у меня в глотке. Я заметил еще кое-что, вернее кое-кого. Рядом со мной на горе сена лежала весьма аппетитная особа. Красотка с пышными формами в одной свободной рубашке. Рубашка была с глубоким вырезом, так что можно было рассмотреть почти всю шикарную грудь. Золотистые, длинные волосы разметались, и в них торчали травинки.

Я, корова и красотка. И все мы на какой-то старомодной ферме. Я что, бухал вчера? Да вроде нет. А что я вообще делал? Не помню ни черта… Но все-таки я уверен, что лег спать в свою постель, в своей Москве. Ни в какие деревенские трущобы я не уезжал. И ни с какими коровами не мутил.

Хотел уже разбудить спящую красавицу и спросить у нее, какого хрена здесь происходит. Но меня опередили.

Ветхая дверь внезапно распахнулась. Внутрь ворвался такой ослепительный солнечный свет, что я закрыл ладонью глаза.

- Вот ты где, ветрогонка паршивая! Опять с мужиком крутила!

Девушка мгновенно вскочила, поправляя рубашку.

- Не злитесь, матушка! – запричитала «ветрогонка», - Он… он сам пришел!

В мозгу сразу глупо заиграла песенка «Помогиии мне, сердце гиииибнет»…

- Я те дам, непутевая! Я те покажу! Даже косу расплела, позорница! А ты, вымесок, чего лежишь кверху пузом? Ну я тебе задам!

- Какой еще вымесок? Да что здесь происходит?

Глаза уже привыкли к яркому свету, так что я опустил руку и увидел дородную мадам в какой-то деревенской одежде и в лаптях. Куда меня занесло? На окраину Коммунарки что ли?

- Еще дурачка из себя строит! Ну иди сюда, голубчик!

Мадам была явно настроена решительно. У нее в руках оказалась скалка. Агрессивные переговоры мне не нужны. Так что я не стал даже оправдываться, пускай эта сумасшедшая думает что захочет. Я поспешно вскочил на ноги и только сейчас обнаружил, что сам в одной длинной рубахе. То-то я чувствовал сквознячок внизу. Как из больничной палаты сбежал. Ну и стыд! Только бы кого из знакомых не встретить…

Воинственный рев бабы напомнил о необходимости сбежать. Так что я, недолго разбираясь, увернулся от скалки и выбежал наружу.

Увиденное заставило меня застыть с раскрытым ртом. Так что скалкой по макушке я все-таки получил. Но продолжал стоять как вкопанный, не обращая внимания на причитания этой бешеной женщины. Как будто даже не замечал ударов скалкой – до того меня удивила вся эта картина.

Одно могу сказать с уверенностью: это точно не Коммунарка. И даже не простое сельское поселение.

Это самая настоящая древнерусская деревня! Простые деревянные домики с крышей из соломы или камыша. Колодцы и сараи. Маленькая белоснежная церковь. И люди все в такой одежде, которую обычно рисуют в учебниках истории.

Может это ролевики? Но слишком уж все натурально выглядит.

- Где я? – пробормотал я, тупо уставившись на воинственную женщину.

Та опустила наконец свою скалку.

- Как это где? Ясно, что в Тридевятом Царстве, Тридевятом Государстве.

Мое лицо сейчас можно фоткать и размещать в рубрике с жесткими пранками.

- Вы ведь шутите, да?

- Ууу, зубы заговариваешь мне, собачий сын!

Скалка уже снова взметнулась в воздух, но в этот момент раздался звук рожка и топот копыт. К нам приближался небольшой конный отряд. И все люди, мимо которых он проносился, почему-то падали на землю или снимали шапки.

И даже воинственная маман спрятала свою скалку за спину и поклонилась. Да так низко, что скалка все равно открылась на всеобщее обозрение.

Кони остановились прямо перед нами. На них роскошная сбруя. А сами всадники были в ярких кафтанах, сверкавших золотой вышивкой. На головах у них меховые шапки, а в руках копья и бердыши. Явно какая-то местная военная элита.

Я неловко опустил пониже край своей рубашки, которая даже до колен не доходила. Так глупо я себя не чувствовал со времен выпускного.

- Послушайте, - первым начал я, - Не знаю, что здесь происходит, но я ничего плохого не хотел.

К моему изумлению предводитель отряда спешился и отвесил мне земной поклон.