— Вредный, — подтвердил подошедший Валерка. — Вообще-то, это я кнопку подложил. Я не знал, что ты сюда сядешь, это же Пеночкиной место.
— Что? — удивилась Ева. — Я на минутку села поболтать с Олей… значит, я зря его била?
— Ты его для профилактики била, — утешил её Валерка. — В следующий раз он тебе какую-нибудь пакость сделает, а ты уже можешь его не бить, не утруждаться.
— Да ладно, какой там труд, — махнула рукой Ева. — Сплошное удовольствие. Вездеход, ты нам нужен. Надо загипнотизировать одного типа.
— Прямо сейчас? — обрадовался Валерка.
— Нет, можно после уроков.
Ева пошла было к своей парте, но её перехватил возбуждённый Антон:
— Есть новости о Муринде! Я тетрадь на парту положил и отошёл. А теперь гляжу — в ней какая-то записка странная: «Если вам дорог ваш кошка и вы хотите ещё много раз целовать его, принесите 1000 рублей в сумке на остановку Громова в 8 часов вечера сегодня. В противном случае кошка будет убит и продан на органы в преступные организации Гонконга. А вы получите на память ползунки вашего кошки».
— Шантаж! — обрадовалась Ева. — Мы нападём на шантажиста сегодня в 8 часов на остановке. Знаешь, это грузин.
— Почему? — удивился Антон.
— Потому что есть такой анекдот: приходит русский в кафе и заказывает: «Мне одно кофе». Продавщица думает: «Фу, безграмотный, кофе мужского рода». Где они такую научную продавщицу взяли — непонятно. Потом приходит грузин и говорит «Один кофе». Продавщица думает: «Вот, грузин, а русский язык лучше наших знает». А грузин продолжает: «Один кофе и один булка». А наш шантажист пишет «ваш кошка».
— Значит, это не Чёрный Трубач, — сказал Антон. — Я же говорил.
— Может, они в сговоре, — вывернулась Ева. — Что мы ещё можем узнать о преступнике по записке?
— То, что он псих, — сказал Антон. — Кто видел кошку в ползунках? И кому понадобилось пересаживать кошкины органы? Представляешь, пришивают тебе кошкин хвост…
— Да, — кивнула Ева. — Псих. Ещё у него это… нетрадиционная ориентация. Целоваться с кошкой… фу!
— Опасный тип, — сказал Антон. — Слушай, в шесть часов мне надо кое-куда исчезнуть.
— Опять струсил?
— Да нет, я к восьми вернусь. Слушай, уже пять минут после звонка прошло, а математички нет.
— Ждём пять минут и уходим, — обрадовалась Ева.
— Пошли поищем, — предложил Антон. Сестра посмотрела на него, как на ненормального. Антон объяснил:
— Она никогда не опаздывает. Может, шла из учительской в класс и упала в обморок. Мы её подберём и спасём.
— Она тяжёлая, — сказала Ева. — Но вдвоём, наверное, осилим.
Они выскользнули в коридор. Никто не обратил внимания, так как класс бурно радовался отсутствию учительницы.
В коридоре было тихо — везде шли уроки. Никто не валялся ни в обмороке, ни просто так.
— Что за жизнь, спасать совершенно некого, — проворчал Антон. — Пошли обратно.
— Подожди, — остановилась Ева. — Вот она.
Дверь в кабинет химии была приоткрыта, и оттуда слышался знакомый голос Аллы Сергеевны:
— Ну сейчас, ну подожди немножко. Тут что-то застряло… Сейчас, сейчас…
Ребята осторожно заглянули. Класс был пуст, только в углу стояла Алла Сергеевна и делала что-то непонятное. Над ней завис Светящийся Вася.
— Он на неё напал, что ли? — удивился Антон. — Тогда мы можем спасти её от Васи.
— Никак не могу открыть, — жалобно сказала Алла Сергеевна. — Ой, я уже на урок опаздываю…
— Что случилось? — выступил вперёд Антон. — Вам помочь?
— Почему не на уроке? — сердито спросила учительница.
— Он пошёл вас спасать, — объяснила Ева. — Решил, что вы упали в обморок и сломали ногу… или две…
— Или пять, — перебила Алла Сергеевна. — Живо в класс, я сейчас приду. Вот открою эту коробку.
Но Антон уже взял коробку из рук учительницы.
— Она совсем не так открывается, — сказал мальчик. — Видите, сбоку клапан? Нажимаем на него и…
Из коробочки вырвалось голубоватое сияние, и в воздухе заколыхался изящный женский силуэт. Светящийся Вася в восторге разделился на четыре облачка, потом собрался обратно. Голубой силуэт присел в реверансе. Вася неловко поклонился, задев ногой штатив, но не перевернул его по причине своей бестелесности.
— Это привидение одной маркизы, — смущённо сказала Алла Сергеевна. — Я его купила в маленьком магазинчике, торгующем призраками. Специально для Васи.
«Женщина между тридцатью и сорока, в синем костюме, с портфелем», — вспомнила Ева рассказ продавца. Антон спросил:
— Зачем?
— Он был одинок, — грустно сказала Алла Сергеевна. — Это очень тяжело — быть одиноким. А теперь их двое. Может, они будут счастливы…
Ева посмотрела на два невесомых существа. Маркиза, обвившись вокруг фикуса, чуть наклонила головку, а Вася, светящийся в три раза ярче обычного, что-то говорил ей на неслышном людям привиденьевом языке.
— Сию минуту марш в класс, — сказала Алла Сергеевна, делая вид, что очень сердится. Ребята сделали вид, что очень испугались, и все трое пошли на урок, от которого уже мало что осталось.
— Где они? Где же они?
Призрак корнета Курганова метался по спальне. Антон и Ева давно ушли в школу.
— Я проспал? Но этого не может быть, привидения не спят!
