Укрытые густым изумрудным плющом стены левого крыла контрастировали с чёрным остовом на другой стороне. Посмотрев на здание со стороны, Мидас догадался, почему примоген малкавиан перебрался в него. Оно, как и их клан, было одновременно роскошным и удивительным благодаря разбитому саду, одичавшему за многие года, но всё равно красивому, и пугающе ужасным, стоило только обратить свой взор на сгоревшее крыло. Малки также восхищали своими способностями к прорицанию, но их клановое безумие вызывало у многих отторжение.
От проклятия (или, как считали сами малкавиане, дара) их прародителя страдал каждый его потомок без исключения. Даже если вам казалось, что какой-то конкретный представитель вполне нормален, это было абсолютно не так — он просто хорошо скрывал свой недуг.
Из доджа вышли двое: пассажирка в белой маске и розовом латексе и водитель в брючном костюме чёрного цвета, усыпанном изображениями тыкв. Вместо головы у него тоже была тыква с прорезями для глаз, что заставило сородичей обратить на него любопытные взгляды.
— Он вообще что-то видит? — прошептала Кумитэ, нагло разглядывая странный объект.
— Видит и намного больше, чем ты думаешь, — ответил тот, хотя девушка могла поклясться, что тыквенная башка не должна была позволить ему расслышать её слова. — Идёмте.
Необычная парочка провела сородичей через внутренний двор академии к боковому входу здания под аркой, оплетённой диким виноградом. Здесь располагалась лекционная аудитория в форме амфитеатра. Внутри уже ждал Козырь, сидевший на обтянутом красным бархатом стуле за длинным столом с установленной в торце кафедрой.
Перед ним между невысоким подиумом и рядами парт стояли двое: молодой мужчина в шерстяном клетчатом костюме с жёлтой от большого количества тональной основы кожей и африканка с неестественно яркими зелёными глазами без зрачков и зелёными же, но чуть более светлыми, склерами. Она называла себя Старфиш и считалась одной из сильнейших пророков.
Тыква и женщина в белой маске встали рядом с ней, ожидая приказа примогена.
— Приветствую в моей обители тебя и твоих сородичей, Мидас, — патетично и как будто бы даже радостно произнёс Козырь и обратил своё лицо к Дине. — И, конечно же, лично тебя, моя дорогая.
Женщина смущённо потупила взгляд и коротко кивнула в ответ.
— Старфиш сказала, вы собирались заявиться на порог резиденции Доминиона.
— И нам повезло, что твои неонаты нашли нас раньше? — предположил Мидас.
— Ты даже не представляешь, насколько, — ответил Козырь, качая головой.
— Смерть не любит, когда её планы нарушают, — заметил Ренегат.
— Уверяю, её планы на вас сегодняшней ночью не распространялись, но остальные обязаны сыграть свои роли, потому их гибель была бы очень некстати.
— Козырь, — обратился Мидас к примогену, тот сцепил пальцы рук, поставив локти на стол, и направил всё своё внимание на вентру, — прежде чем ты объяснишь, ради чего мы здесь собрались, я хочу задать тебе один вопрос.
Мужчина в белой маске с красным ромбом кивнул, разрешая Мидасу спросить то, что его волновало.
— Ты инициатор?
— Конечно, нет, — ответил малкавиан и тихо засмеялся. — Я и твой сир всего лишь пешки, как и многие прочие.
— Оро тоже замешан? — изумился Мидас.
— Да, да, да… Ты такой же проект, как Грёза и Дина и даже Старфиш. Понимаю, неприятно, но что поделать, такова не-жизнь. Каждому сородичу отведена своя миссия, ибо все мы — часть великого механизма, двигающего материальный мир по проторенной дороге.
— Значит, Оро ещё не встретил окончательную смерть?
— Не знаю, мы виделись довольно давно, и тогда он пожелал дождаться лучших времён. Вероятно, Оро покоится в каком-нибудь склепе на историческом кладбище и по ночам пугает сторожей тревожными видениями, — предположил Козырь, и легонько хлопнув ладонями по столу, поднялся из кресла и обошёл кафедру, чтобы приблизиться к Мидасу. — Речь о другом. Ваша котерия, — он неопределённо покрутил кистью руки у виска, — слабовата. Единственные достойные бойцы в ней — ты сам и нагараджа. Вам нужны союзники. Надеюсь, ты помнишь о моём обещании оказать тебе поддержку, если ты о ней попросишь?
— Ты пригласил меня в свой элизиум, чтобы я молил тебя помочь мне в борьбе против принца и шабаша? — озадаченно спросил Мидас.
— Ну что ты, — явно с улыбкой произнёс Козырь и хохотнул, — не нужно слов, я и сам всё понимаю. Да, я, конечно же, поддержу тебя. И не только я, но есть некоторые затруднения, без решения которых мы можем потерять ценных союзников.
— Придержи лошадей на минуточку, — сказал Мидас, поднимая вверх указательный палец. — С чего мне верить в твои радушие и искренность?
Козырь надменно хмыкнул и вскинул подбородок.
— Я доверил ему своё дитя, а он всё равно сомневается!
— Ты всех малков в Лос-Анджелесе зовёшь своими детьми, — несколько удручённо произнёс Мидас и вздохнул.
— Но этот неонат действительно
