Она вскрикнула, достигая кульминаци, и маленькая часть меня умерла, когда она наклонилась вперед, вдыхая мой запах. Ее кама воняла, вторгаясь в мои поры, когда она лизала мое горло и весело мурлыкала. — Возвращайся к себе, Голод. Я хочу поиграть с Мором. — Внутренне я вздрогнул, когда она отстранилась и оторвала свое обнаженное тело от моего. Месиво из ее оргазма и моего выплеснулось мне на колени. — Да, любовь моя. — Мои ноги устояли, жидкость капала и ударялась о бетонную поверхность, эхом отдаваясь в тишине ее тронного зала.
Я ни черта не мог контролировать, когда занял свое место рядом с Джулианом, наблюдая, как Райстена заставляют сесть на тот же стул.
У меня не было выбора, кроме как смотреть и чувствовать отчаяние моего брата, когда она забралась на него сверху, ее влагалище все еще было влажным от оргазма Джулиана… от моего…
Если я когда-нибудь освобожусь…
Я бы разорвал ее на куски и скормил Бандиту. Я бы вырезал метку Дьявола у нее на груди и вытащил бы ее все еще бьющееся сердце только для того, чтобы раздавить его голыми руками.
Я бы позволил Зверю сдирать кожу с ее тела, слой за слоем, пока поврежденная оболочка этого монстра не сравнялась бы с личностью, которой она была внутри.
Как бы то ни было, я ждал. Я ждал Руби.
Я ждал свободы.
Я ждал, когда это закончится. Зверь яростно взревела.
Но я ничего не мог поделать.
Итак, я цеплялся за этот маленький лучик надежды и ждал.
**МОЙРА**
Он тихо закрыл за собой дверь, оказавшись в том, что, как ему показалось, было пустым коридором. Я скрестила руки на груди и склонила голову набок.
— Куда-то собрался, джинн?
— Мойра. — Это было все, что он сказал; мое имя вырвалось с раздраженным вздохом.
— Мой вопрос остается в силе, Джакс. На тебе куртка, что означает, что ты направляешься на улицу, а рюкзак наводит меня на мысль, что ты, возможно, совсем уходишь. Итак… — Протянула я. — Куда?
Его фиолетовые глаза остановились на мне, когда я подняла брови. — Не смотри на меня так, — простонал он.
— Как? — Сладко спросила я, хлопая ресницами. Он поднял глаза к потолку.
—
— Напротив, — я покачала пальцем взад-вперед, — я ожидала, что ты уйдешь гораздо раньше. — Он слегка прищурился.
— Ты не злишься? — спросил он, искренне сбитый с толку.
— Злюсь? — Спросила я. — Мы трахались. Это не предложение, большой мальчик. У меня был зуд, и ты его почесал. Не ставь меня в неловкое положение. — Он озадаченно почесал затылок. Как будто не совсем был уверен, что со мной делать.
— Хорошо, итак, почему ты здесь? — спросил он, скрестив руки на груди. Я склонила голову набок, прислушиваясь к окружающему. Воющий ветер и случайные порывы ветра привлекли мое внимание, но в остальном было тихо. Превосходно.
— Мне нужно было задать тебе пару вопросов, прежде чем ты уйдешь, — сказала я. — Например, куда ты направляешься?
Его глаза на мгновение расширились от моей прямолинейности, а затем он кашлянул.
— Обычно девушки не спрашивают об этом, если…
— Я не ищу секса, — я закатила глаза. Его щеки потемнели от румянца. — Не пойми меня неправильно; ты был хорош и все такое. Я просто не ищу никаких отношений — даже случайных. Конец света наступает, а у меня и так достаточно людей, за которыми нужно
присматривать. — Он кивнул, как будто понял, но в его глазах было что-то, чего я притворилась, что не вижу.
— Понятно, — пробормотал он. — Если тебе так уж хочется знать, я кое с кем встречаюсь.
— Грех? — Спросила я. Он дважды моргнул. — Возможно.
— Это Син, которая попросила об одолжении сопроводить нас в Инферну, верно? — Я провела рукой по своим гладким зеленым волосам, перекидывая хвост через плечо.
— Да.
— И теперь твой долг выплачен, не так ли? — Так и есть.
— Хорошо, — улыбнулась я, хлопнув в ладоши. — Видишь ли, дело в том, что я кое-что слышу. Много чего. И маленькая птичка рассказала мне самую
— Я не уверен, — сказал Джакс, тяжело вздохнув. — Тебе нужно спросить ее.
— Я планирую, — кивнула я.
— Что ж, — начал он, обходя меня, — если это все… — Слова застряли у него в горле.
Джакс начал кашлять.
— Не… возможно… — Его глаза тревожно выпучились, он был потрясен происходящим. Я вздохнула, не торопясь подходя к нему. Я наклонилась, оказавшись на уровне наших глаз.
— Энигмы невосприимчивы к магии только тех, кто
— Не могу… сказать… тебе… — выдавил он между кашлем и тяжелым дыханием.
— Ну, ну, — я похлопала его по спине. — Ты же знаешь, какой грубой я могу быть в постели, энигма. И я знаю, тебе это нравится. Ты
— Клятва на крови…