- Я любил его мать. Очень. Но Света выбрала другого. Я не лез к ним и лишь, когда они её родителей навещали, наблюдал со стороны, как она живет - как родила, как малыш рос. А когда её родители умерли, они перебрались жить в её квартиру. Тут-то мне и вовсе некуда было деваться - всё на виду, все всё про всех знают. И оно бы ничего, да видать, Виктору кто-то доложил, что я у неё когда-то в женихах ходил и он ревновать стал, сцены ей закатывать. Я чтоб не нагнетать обстановку, лишний раз, даже не смотрел в её сторону. А Коська… Он же как Светкина копия, а я бобылём жил, одинокий, вот и радовался на него глядя. Как в отставку вышел, сдружились мы - то на машине его покатаю, то на рыбалку сходим. Светлана не против была, отпускала его со мной. Когда её не стало, это для всех ударом было. Я-то ладно, а Коська, хоть и подрос, а очень тосковал. Витька, так и вовсе, запил. Серьёзно запил. Я стал замечать, что Коська сам по себе рос. Мог на улице сидеть один - голодный, замерзший, ждать пока отец уснёт. Стал его прикармливать, одежкой снабжать по возможности. Мальчишка смышлёный, придет бывало, со школы, перекусит и за уроки садится. Сидит часами, учит, считает что-то. Школу окончил отлично, в институт какой-то поступил даже. Я радовался за него, будущее ему прочил хорошее. А Виктор всё пил и пил. Без работы остался, стал вещи из дому таскать. Даже Коськины. Собутыльников домой водить. Как-то раз, я Коську на лавочке застал с носом расквашенным и в синяках. Разозлился я тогда, пошел к Витьке, тряханул его легонько, объяснил, что с ним сделаю если Коську ещё тронет. А он пьяный, грязный, верещит… Тьфу! Противно стало - швырнул пьянь эту на пол и пошёл вон, а он мне в след давай кричать: “Что, жены моей не стало, ты за Коську взялся? Пидарасы грёбаные!” Мне б тогда, прислушаться, а я идиот, решил - это бред пьяный. Ну тупой же, бля, оказался.
Васильев слушал молча, не перебивая. А Саня всё говорил и говорил и стало ясно, что всё это у него уже давно наболело.
- Вышел от него, велел Коське учебники дома забрать и ко мне. А сам пошел домой ужин мастерить. А тут футбол по телеку, как на грех. Я и не заметил, что несколько часов прошло. Очнулся - а Коськи до сих пор нет. Спохватился, кинулся из квартиры - на улице его нет. Пошел к ним домой, а там…
Саня вдруг замолчал и торопливо стал шарить в столе. Какими-то суетливыми, не характерными для него движениями. Откуда-то из недр старого, явно совкового стола достал две стопки, из шкафчика достал бутыль.
- Выпьешь?
- Нет.
- А я выпью.
Саня налил стопку, махом её выпил и убирая всё со стола, продолжил рассказ, так и не глядя на Алекса.
- Дверь оказалась не заперта, Коська лежал в кухне на полу. Почти голый, лишь от майки лохмотья, и кровь на ногах, на полу… Истерзан он был весь, но я сразу понял, что произошло. Дальше меня перекрыло, по-ходу. Плохо помню, что делал - оказал ему первую помощь, вызвал неотложку. Ментам-то я не собирался докладываться, хотел по-тихому самому разобраться. Но их вызвали медики. Дело-то такое нехорошее, менты быстро среагировали и понеслось - меня прям из больницы забрали, допросы, объяснения… Пока Витьку не притащили в отделение, я всё ещё не хотел верить, что это он. Считал, собутыльники его. Думал, найду его, прибью, что не уследил. А тут ясно стало, что это я не уследил. А этот урод трезветь начал. Сидит лоб здоровый, слёзы по морде размазывает крокодильи. Меня отпустили, но я узнал от следака как дело было. Коська отцу признался, что он… Что он мужиков предпочитает. Этот козёл ему и въебал, а тут я такой, на белом коне нарисовался. Витька решил, что мы любовники и я поэтому его кормлю-одеваю. Что морщишься, сам-то сейчас в чем меня обвинял?
- Сань…
- Проехали. Когда Коська вернулся в квартиру за вещами и сказал, что ко мне уходит, тот на него и накинулся. Сначала отмудохал, а потом, как он ментам заявил, в воспитательных целях, чтоб выбить из него пидорскую дурь, он его…
Саня не смог произнести и, наконец, поднял глаза на Лекса:
- Что мог мальчишка против здорового пьяного мужика? Ничего.
- Поэтому он решил покончить с собой, из-за отца?
- Не только. Пришла беда - отворяй ворота. Витьку в изолятор отправили, я Коську в больнице навещал, он уже тогда стал сдавать, к нему психолог ихний ходил, да видать, без толку. А как его выписали, вдруг, Витькины родичи повадились к нему ходить нервы трепать.
- Что хотели?
