— После сегодняшнего представления я проводил всю труппу на базу отдыха театра. Они поели и начали спокойно устраиваться на ночь, хотя, должен отметить, что мне они показались несколько возбужденными. Можно сказать, какими-то озорными. Накануне я пообещал им экскурсию: поездку на яхте мистера Сейверино, и поэтому решил, что причиной их возбуждения является именно это… А утром их здесь просто не оказалось. Швейцар клянется, что никого на улицу не выпускал, а дежурный по базе божится, что ни один воздушный экипаж в течение ночи на базу не прибывал и с базы не отлетал.
— Это очень серьезно, — заметила дама Изабель. — В данном случае замешана моя личная репутация. Должна заметить, что такой поворот дела меня совершенно не утраивает.
— Не устраивает? — взревел Гондар. — С чего бы это? Вы получили все до последнего пенса из того, что мы заработали за последние три месяца. Уж вам-то нет никаких оснований жаловаться.
— Похоже, оправдались мои худшие предположения. Насколько вы знаете, в отношении труппы проскакивали некие цинические замечания. Я, естественно, не обращала на них никакого внимания, но теперь мне очень интересно узнать, как и почему исчезли гастролеры.
Мрачное выражение лица Гондара совершенно не изменилось.
— Я бы с большим удовольствием разорвал наши отношения, — заявил Гондар. — Все, что для этого требуется, так это вернуть мои деньги.
— И не подумаю, — ответила дама Изабель. — Я настаивала на существующих условиях, имея в виду именно такое развитие событий; предполагая нечто подобное, я рассчитывала вернуть потраченные мною деньги. На данный момент я совершенно не удовлетворена сложившейся ситуацией. К тому же, вы мне почти ничего не рассказали о Рлару, и прежде чем я выдам хоть какие-то средства, я должна быть абсолютно уверена в своей позиции.
Гондар недовольно кивнул головой.
— Вы будете дома сегодня утром?
— Перед лицом сложившихся обстоятельств, да.
— Тогда я приеду через полчаса, — экран видеотелефона потух. Дама Изабель повернулась к Роджеру и недовольно фыркнула:
— Иногда мне кажется, что весь наш мир состоит из подделок и грязи.
Роджер поднялся из-за стола.
— Так как у меня…
— Сядь, Роджер. Ты мне потребуешься здесь.
Роджер покорно сел обратно.
Вскоре Холкер объявил о прибытии Адольфа Гондара. На импресарио был строгий темно-синий костюм с белыми кантами и алыми клиньями на бедрах и темно-синяя свободная фуражка с кокардой космонавта. В руках он держал небольшой дипломат, который при входе отставил в сторону.
— Хотите кофе? — спросила дама Изабель. — Или вы предпочитаете чай?
— Спасибо, ни того, ни другого.
Он кинул взгляд в сторону Роджера, подошел к столу и встал напротив дамы Изабель, одетой этим утром в элегантное милое платье из кружев и синего атласа.
— Присаживайтесь, пожалуйста, мистер Гондар.
Гондар придвинул к столу стул и, усевшись на него, сразу приступил к делу.
— Думаю, что мне стоило бы получить свои деньги, — сказал он. — Я выполнил все условия…
— Вот именно это я и хотела бы обсудить, — строго произнесла дама Изабель. — В нашем договоре гарантируется отсутствие «подлогов, неточностей и подтасовки фактов». Я старательно соблюдала все эти условия.
— Равно как и я!
— Вы были не слишком-то откровенны. Вы раздули вокруг себя ужасную таинственность и скрыли от меня существенные факты, так что я вправе считать наше соглашение недействительным.
Гондар остолбенел от неожиданности.
— Что вы этим хотите сказать?
— Я расторгаю наш договор и отказываюсь выдать заработанные труппой деньги.
Лицо Гондара побелело и застыло.
— Я считал вполне достаточным изложить вам только конкретные факты.
— Но вы мне рассказали далеко не все? Как и где точно вы наняли Девятую труппу? Почему они исчезли? И где они находятся в данный момент?
Гондар решил ответить только на последний вопрос.
— Полагаю, они просто вернулись домой.
— На Рлару? — в голосе дамы Изабель прозвучал явный скепсис.
— Да. Хотя, откуда мне знать? Эти существа используют такую технику и научные достижения, о которых мы и понятия не имеем. Но я думаю, что они решили возвратиться на свою планету.
— Используя, как я полагаю, телепортации»? — со слов дамы Изабель так и сочилось презрение.
— Мне это тоже любопытно. Кстати, я и сам как-то пользовался этим. И вообще, я сталкивался на Рлару с такими вещами, которые невозможно даже описать… В том числе и с совершенно потрясающими музыкальными произведениями. Думаю, вы назвали бы это операми.
У дамы Изабель разыгрался интерес.
— Это какие такие оперы? Наподобие представлений Девятой труппы?
— О нет. Однако и Девятая труппа не совсем комический ансамбль, хотя их репертуар и относится к тому, что мы с вами называем легким жанром.
— Хммм, — некоторое время дама Изабель смотрела в окно. — И что вы им пообещали, чтобы уговорить на земные гастроли?
Теперь настало время задуматься Гондару.
— Я был на Рлару около четырех месяцев, выучил за это время основы их языка. Когда я увидел качество их спектаклей, то упомянул, что у нас, на Земле, тоже существует нечто подобное и что было бы недурно организовать некий культурный обмен.
