— Как хорошо, что сегодня у вас всё прошло спокойно, — Киоко чуть улыбается и собирает пластиковую посуду.
— Да, я даже немного удивлён, — Тсуна устало опирается на спинку стула. — Думал, что после вчерашнего мы спокойно не пройдём по городу, а оказалось почти наоборот.
— Почти? — Хару, за неимением много двигаться начинает слишком сильно вслушиваться и слишком всматриваться, находя какие-то скрытые слова. Вот прямо как сейчас.
— Лай и вой все равно был слышен, — Такеши смотря в сторону коридора, чуть переводит дыхание. — Как бы то ни было, находиться сейчас на улице всё равно не самое приятное занятие.
— Главное, что сейчас у нас запасов более достаточно, однако, — Тсуна с силой унимает дрожь и продолжает. — Если помощи не будет в ближайшее время, нам придётся опять идти в город.
На кухне наступает тишина. Сама мысль, что их бросили и даже не пытаются спасти, до ужаса пугает их. Каждый из них хочет жить, и никто не собирается сдаваться, но неужели они здесь застряли навсегда?..
— Пятый день, да? — Хаято хмурится и поднимает голову, смотря в потолок. — Если смысл ещё ждать?
— Ещё есть, — Бьянки скрещивает руки на груди и оглядывает всю кухню. — А там посмотрим.
— Кстати, Киоко-чан, вы что-то нашли из одежды? — Тсуна заинтересованно обращается к девушке, надеясь перевести беседу в другое русло.
— Да, даже очень много. Там только надо разобраться что кому, — Сасагава весело улыбается и опирается на кухонную тумбу. — Хару-чан сказала, что если мы найдём швейные принадлежности, то получится и детям подшить одежду под размер.
— Сначала найти их надо… — бурчит шатенка.
Все в комнатке улыбаются и только Тсуна отмечает пропажу Ямамото и Гокудеры.
В эту минуту Такеши с лёгкой улыбкой берет катану со стойки и проводит пальцами по ножнам.
— Как думаешь, что нас всех ждёт? — Гокудера вынимая руки из карманов брюк, подходит к стене, от и до завешенной огнестрельным оружием.
— То к чему мы будем стремиться сами, — юноша улыбается ярче и возвращает катану на стойку, осматривая остальные клинки. Взгляд останавливается на черно-синих ножнах, с узором чёрной ласточки. Он не медлит ни секунды и снимает меч со стойки, сразу же доставая из саи*. Лезвие клинка оказывается черным, блестящим, что сразу же приковывает к себе внимание дождя.
— Я так понимаю словосочетание «бейсбольный придурок» сейчас уже не подходит? — Хаято усмехается, наблюдая за Такеши, что заворожённо рассматривает оружие у себя в руках.
— Хах, получается так…
В помещение раздаётся двойной лёгкий смешок, что разлетается эхом по всей подземной комнате.
Действительно, всё только начинается.
Комментарий к Метеор 8. Каждому своё.
*Сая - японское название ножен.
Если кто-то ждал, то получайте и извините за задержку.
• Для скорейшего продолжения рекомендуется кидать в автора тапочки и отзывы, а так же пинки вдохновения.
Наслаждайтесь.
========== Метеор 9. Начало пепельной бури. ==========
Это утро ничем не отличается от прошлых. Сквозь тяжёлые шторы на окнах пробиваются тусклые лучи света. Небо становится светлее, ночная мгла исчезает, оставляя тучи молочно-серого цвета. Весь дом ещё спит. В комнатах слышно лишь дыхание и сопение. Новый день наступает плавно и спокойно, не беспокоя спящих ребят.
В комнате, где спят Чикуса, Кен и Хром раздаётся слабый стон боли, колыхающий стоящую в помещение тишину. Докуро привычно для себя открывает левый глаз, зажмуривая при этом правый. Она рвано выдыхает и пытается осмыслить, что происходит. Перед глазами исчезает пелена усталости, и Хром более чётко видит перед собой тёмный деревянный потолок. Она пробует шевельнуться, но тут же замирает, ощущая жуткую боль в каждой мышце и понимает, что иллюзий в её теле нет. Она прерывисто дышит и, прикусывая губу, несмотря на боль, напрягается всем телом. Разум и воображение переплетаются в голове удивительными узорами, и иллюзионистка чувствует, как её тело восстанавливается, как на замену пустоте приходит иллюзорная обманка. Кто бы знал, что жизнь обхитрить так просто.
По виску скатывается капелька пота, и она закрывает глаз. В голове стоит целый ворох вопросов: «Где она?», «Как она тут оказалась?», «Почему она ещё жива?». Последний кажется ей самым главным. Она пробует ещё раз пошевелиться и замирает, наконец, чувствуя, что её ладонь сжимает чужая. Хром испуганно открывает глаз и поворачивает голову в бок, жутко краснея от увиденного. На кресле стоящем возле дивана спит Кен, и именно его ладонь сжимает её так крепко и надёжно. Девушка ощущает, как её лицо начинает гореть и опускает взгляд на крепко сжатые ладони. Теперь она понимает, почему ещё жива. По рукам струится золотое пламя, впитывающееся в её кожу. Её это немного пугает, и она пытается хотя бы сесть, но силы отказывают её, и она откидывается на подушку.
— Хром? — Докуро смущённо смотрит на Кена и понимает, как ужасно и непривычно звучит её имя из его губ. — Очнулась, наконец.
— Где я? — она немного мнётся и расслабляет ладонь, пытаясь избежать телесного контакта с юношей, но он продолжает держать её за руку и лечить пламенем.
