— Ладно, — Чикуса устало выдыхает, понимая, что брюнет не отстанет, и ждёт когда тот, подойдёт к нему.
Такеши довольный своей маленькой победой, подходит к нему, вынимая из ножен катану и пускает по ней пламя. Чикуса замирает, смотря на чужое пламя дождя, которое почему-то переливается будто бензин, только с черным оттенком. Нет смысла спрашивать, лучше проверить. Он сжимает пальцами небольшой кинжал, зажигает пламя и удивлённо смотрит на него.
— Какого…
Ямамото даже рот открывает от изумления, смотря на явно более тёмное голубое пламя, совсем не похожее на его. Чикуса, кажется, удивлён не меньше, перебегая взглядом с чужого пламени на своё, и в какой-то момент останавливает взгляд только на собственном.
— Что за чёрт…
Такеши полностью с ним согласен, потому что у него тоже не хватает слов на это явление. В какой-то момент пламя Чикусы начинает усиленно извиваться, будто выжигая само себя. Глупо звучит, но по-другому ни один из них не может назвать этот процесс. Пламя становится ярче, насыщеннее. И теперь больше походит на дождь Ямамото. Буквально через несколько секунд, вся чернота выгорает и цвет становится таким же, как у Такеши, а через ещё одно мгновение оно начинает переливаться черным бензином, то появляясь, то растворяясь.
— Ну вот, а ты говоришь, не изменилось… — они всё так же продолжают пялится на два идентичных друг другу пламени, даже забывая на мгновение, что у них оно по природе одинаковое. — Ты там хотел кинжалы побросать, ну тогда я пойду посижу, подумаю…
Чикуса, чуть приподняв бровь, смотрит вслед Такеши. Молодец — больше нечего сказать. Отдыхать он пошёл, конечно. Юноша хмыкает, видя как тот откладывает ножны на пол и начинает разминать руки, явно для того, чтобы дальше тренироваться с катаной. На самом деле, он сам не понимает, что чувствует. Он удивлён, это однозначно, но это не должно ему помешать потренироваться сегодня. Никому ведь не надо знать, что тренировка то не первая. И просто именно поэтому первый брошенный кинжал в мишень, где-то с 20 метров, попадает почти в самый центр. Со стороны слышится тихое: «Круто», а за ним и свист клинка, рассекающего воздух.
***
Тсуна несмело заглядывает в кабинет, ожидая чего угодно: наводнения, пожара да даже нового метеорита! Но на удивление в том спокойно, несмотря на то, что и Кёя, и Хаято находятся в нем одновременно. Он напряжённо выдыхает и заходит внутрь. Ну не верится ему ещё, что между этими двумя может царить спокойствие, или что похожее.
— Как у вас дела?
— О, Тсуна! — Хаято отрывается от книги и улыбается своему небу. — Всё в порядке. Ничего сильно интересного нет.
— То есть новое есть, а интересного нет? — вздыхает Савада, не понимая логику своего хранителя, и подходит ближе, осматривая книги. — Мне кажется, или их стало больше?
— Да, я сюда перетащил все, что нашёл в других комнатах.
— Это, что… Медицина? — небо удивлённо смотрит на обложку книги, которую держит в руках Гокудера.
— А, ну да… Я подумал, что если она тут есть, то значит, есть причина. Что, кстати, странно — тут почти всё связано с хирургией и операциями по пересадке органов.
— Бррр, ну и гадость, — чуть ёжится Тсуна.
— Ага, она самая, но кто знает, вдруг пригодится.
— Собираешься в будущем кого-то резать? — с угла комнаты раздаётся смешок Кёи.
— Если только тебя…
Тсуна отшатывается от шипящего урагана и садится в кресло. Взгляд медленно ползёт по комнате, отмечая какие-то детали.
— О, точно, у меня для вас новая информация, — в комнате повисает тишина. — Я сам не видел, но мне Такеши рассказал, что когда он с Чикусой тренировались с пламенем Чикусы, что-то произошло.
— Ч-что произошло? — глаза Хаято начинают как-то странно блестеть.
— Ну, по его словам, получается, что пламя Чикусы сначала было тёмное, а потом будто выгорело и стало таким же, как и у него.
— Что? — недолгая тишина. — ЧТО?!
— А ну ещё он сказал, что пламя чуть изменило внешний вид, — тихо смеётся Тсуна, смотря на вытянувшееся от изумления лицо урагана.
Саваду уже не пугают такие новости. Наоборот — всё становится жутко интересным и заманчивым. Поэтому он уже ожидает, когда появится ещё, что-то новое.
— Кстати, Хаято, Бьянки просила передать, что тренировать Хару ты будешь сам.
— Зараза…
Дальше слушать Тсуна не хочет, потому что из уст Гокудеры вырываются только отборные японские маты, вперемешку с итальянскими. Хоть он и плохо знает его, шатен уверен, что там точно маты. Отборные. По-другому быть не может — это же Хаято.
— Так что у вас нового? — прерывает нецензурщину Тсуна.
— Наше пламя сжигает пыль, и больше ничего не может взаимодействовать с ней. Пламя при этом не поменялось, ну либо мы ещё не видели результата. Ты просил разобраться с Фуутой, так вот, пока это не получится. Я попросил Миуру поговорить с ним, а там она расскажет нам, если мелкий сам быстрее с этим не разберётся… — Тсунаёши заинтересованно слушает, всё что рассказывает ему ураган. Он многое не понимает в той же физике, но всецело доверяет Хаято и Кёе, как бы странно это не звучит.
