Анаксо совершенно по-девичьи взвизгнула и выскочила из каюты. Бугго гневно посмотрела ей вслед. Она подождала немного, но ярость все не могла улечься. Тогда Бугго надавила на кнопку внутренней связи и крикнула:
– Хугебурка!
– Я занят, – отозвался он нелюбезно.
– Хугебурка! – заорала Бугго. – Немедленно ко мне в каюту!
– Сейчас, – сказал он.
Он явился минут через десять, злой и растрепанный.
– Что? – произнес он, перешагивая порог.
Бугго села на койке.
– Чем вы были заняты столько времени?
– Растаскивал тех двоих, с «Канахи», – угрюмо ответил он. – Они подрались. Одного пришлось потушить табуретом.
– Не угробили? – уже более мирно спросила Бугго.
Он пожал плечами.
– Откуда я знаю? Я оттащил его в каюту и запер. Второй ушел сам, без приглашения.
– Я же вам говорила – не нужно было брать их на борт.
– А я вам говорил, что в противном случае нас бы осудили лет на пять крайне неприятных работ.
– Еще вопрос, что лучше: пять лет каторги или пара месяцев с экипажем «Канахи» на борту.
– Пара месяцев лучше, – сказал Хугебурка.
– Это вы виноваты! – вдруг заявила Бугго.
Он опустил голову, как будто и в самом деле был виноват.
– Вы, вы! – настаивала она. – Это ведь вы тогда мне посоветовали скрыть от комиссии, что Халинц курил в трюме наркотик… Помните? «Не ломайте мальчишке жизнь из-за единственной ошибки…» Ну вот, я и не сломала! И в результате погибла куча народу! Если бы его тогда вышибли из Академии, он не командовал бы кораблем и не портил бы нам сейчас кровь!..
Хугебурка поднял голову. Оказалось, он вовсе не чувствовал себя виноватым – напротив, копил бешенство.
– А вы тоже хороши! – закричал он. – Могли бы и настоять! Почему-то когда не надо, вы меня слушаетесь, а когда надо – вечно пренебрегаете советами!
– Я? – разъярилась Бугго.
– Нет, модистка Сфена!
Бугго вскочила и взмахнула кулаком перед его носом. Он издевательски усмехнулся, как бы приглашая ее стукнуть себя.
Бугго сильно вздрогнула и опустила руки. Ее тонкие губы посерели. Извиваясь при каждом слове, они отчетливо произнесли:
– Я хочу, чтобы каждый с «Канахи» был заперт в своей каюте. Они арестованы до прибытия на Вио. Кормить раз в сутки. И всегда сопровождайте Калмине, когда он будет носить им еду! Не забудьте брать лучевик.
– Слушаюсь, капитан! – сказал Хугебурка, глядя в сторону. – Разрешите идти?
– Да уж, – уронила Бугго, чувствуя себя смертельно усталой. – Идите. Идите…
Среди ночи Бугго проснулась и сразу поняла, что разбудило ее какое-то большое несчастье. На недолгое время усталость взяла верх, и Бугго погрузилась в сон, но стоило ей самую малость отдохнуть, как тяжелое чувство разрушило хрупкую оболочку сна. Она открыла глаза, и ей стало дурно.
Несколько секунд она пыталась сообразить: что же произошло. Потом вспомнила.
Дольше оставаться в постели она не могла. Бугго впотьмах натянула на себя серенькую маечку и босиком выбралась из своей каюты. Постояла в коридоре, потопталась возле двери Хугебурки, затем тихо постучала.
Ответа не последовало.
Она надавила на ручку и вошла.
Он спал, как и следовало ожидать. Бугго постояла над ним немного, сердясь на себя – но еще больше на него: и он может спокойно спать после того, как они поссорились! За все эти годы такого не случалось ни разу.
Она устроилась боком на койке и безжалостно потрясла Хугебурку за плечо.
– Проснитесь! – попросила Бугго.
Он судорожно вздрогнул несколько раз и вдруг в панике распахнул глаза.
– Что?!. – выкрикнул он.
– Это я, – сказала Бугго.
– Вы меня испугали, – он вдруг обмяк. – Что случилось, капитан? Обычно это я приношу вам дурные новости, а не наоборот.
– Да нет… – Бугго, досадуя, прикусила губу. – Я пришла сказать, что была сегодня неправа.
Он сел, посмотрел на нее серьезно.
– И вы явились среди ночи, чтобы сообщить мне об этом?
– Ну… да.
Хугебурка дернул углом рта, сложил брови скорбным «домиком».
– Вы бываете невыносимы, капитан…
– Ну знаете! – вспыхнула Бугго. – Вы тоже хороши!
Он взял ее за руку и помолчал немного, ощущая в своей ладони ее тонкие, чуть шероховатые пальцы. Потом сказал:
– Надо было сразу изолировать их. Засунуть под арест – и дело с концом.
Бугго рванула руку, пытаясь высвободиться, но Хугебурка не позволил.
– И вы были совершенно правы, когда хотели тогда отдать Халинца под суд, – продолжал он тихо. – А я со своей гнилой сентиментальностью совершил большую ошибку. Что поделаешь – я был счастлив. Счастливые люди часто делают глупости.
– Еще скажите, что вы слишком хороши для нашего изъеденного пороками мира… – Бугго засмеялась. – Ладно, давайте, в самом деле, спать. Завтра поищу, не оговорены ли в общем законодательстве условия, при которых капитан-спасатель получает право выбросить спасенных обратно в космическое пространство.
Сверившись с медицинским справочником, Калмине Антиквар пришел к выводу, что с ноги Изы Тагана пора снять скрепляющую повязку.
– Согласно всем анатомическим нормам, кость у него должна была уже срастись, – сообщил он капитану. – Желаете присутствовать?
