— Бегом собирайся! Мы уходим под прикрытием! — распахнул дверь заяц.
Я слез с сундука и затоптался на месте, пиная лопающиеся пузыри. Заяц успел закинуть на себя наш сундук и поскакать на выход. Я рванул следом, хотя больше всего на свете хотел с ним поговорить и хоть что-то сожрать.
Весь док был забит большими, метра два диаметром, шарами, которые все выкатывались и выкатывались из боковых люков. Я понял задумку. Они выпустят сотни шаров в разные стороны, и в одном из них будем мы. Идея не оригинальная, но до сих пор работает. Шанс один из… сколько тут шаров?
— Закидывай артефакт в рот, и погнали! — обернулся ко мне заяц.
Вопрос доверия. Люди и аллихиллли в напряженных отношениях. Думай, Пьер. Думай. Ты вообще аллихиллли на этой станции видел? Нет. Вопрос доверия.
Я закинул артефакт в рот, закрыл шлем, и влез на спину зайцу.
Сфера изнутри была полупрозрачной, и я, озираясь по сторонам, наблюдал, как мы отдаляемся от станции.
Взрыв произошел внезапно. Взорвался шар рядом, потом еще один разлетелся на мелкие осколочки, не оставляя после себя частей больше чем с ладонь. Когда луч взорвал шар, прикрывающий нас от точки обстрела, заяц выпрыгнул из сферы и поскакал в сторону, пытаясь держаться так, чтоб по пути у стреляющего корабля мишенью стояла станция аллихиллли. Я не понимал — почему по нам стреляют, если им нужен сундук? Он ведь взорвется вместе с нами. Или нет? Если нет. То, что такое сундук?
Мы попали в пояс астероидов и взрывы вокруг нас продолжились. Вот ведь гадство! Я думал, что они от нас отстали, развлекаясь с шарами. Нас с зайцем больно било кусками астероидов, догоняющих нас после попаданий по ним. Заяц скакал, петляя от охотника, но это не помогло — яркий луч мелькнул метрах в двух перед нами и разорвал небольшой обломок. Зайца закрутило и меня вместе с ним. Мы рухнули на какой-то астероид и остались на нем лежать. Я шевельнулся, заяц дернулся.
— Молчи, — услышал я зайца.
Молчи так молчи. Я огляделся. Вокруг нас астероиды разных размеров. Идеально, конечно, прятаться, но я вижу контур корабля. И они видят нас. Мы единственные теплые пятна среди летающих булыжников. Я повернулся к зайцу — неестественно вывернутая левая передняя лапа торчала вверх, левого уха нет.
— Это стоило того? — я смотрел, как подплывает, маневрируя, корабль, как астероиды медленно расступаются, словно льдины перед ледоколом, пропуская его к цели, а цель мы. — Может…
— Молчи.
Корабль стал к нам боком и в этот момент заяц вскочил и резво ускакал от него по астероидам. Большой толчок и мы вынырнули с каменного пояса. Несколько сильных прыжков и мы стрелой несемся к воронке, которая затягивает приближающиеся к ней объекты.
Нам оставалось совсем чуть-чуть, когда по нам попали. Я ощутил сильный удар, буксировочный трос янгавальского производства не выдержал и разорвался. Я открыл глаза и понял, что меня притягивает к себе воронка. Она была очень маленькая, но меня притянуть умудрилась. Невдалеке на месте дергался заяц. Он не попал в поле действия воронки. Между мной и зайцем болтался сундук.
— Заяц! — закричал я, в надежде, что второе ухо ему не задело, и он услышит. — Заяц, пожалуйста, очнись. Не говори, что ты умер. Вы ведь живете вечность! Ты мне еще не рассказал, что это за сундук, и почему он так важен, раз мы отдаем за него свои жизни. Очнись, заяц! Я сейчас выплюну твою какашку.
Это помогло. Заяц дернулся, еще раз, поплыл к сундуку и головой, словно мяч, отбросил его в мою сторону. Меня засасывало глубже, отдаляя от зайца. Он пытался, плыл за мной, толкая собой сундук, а за ним плыл шлейф блестящих, словно далекая звездная россыпь, капель. Он ранен. Меня уже начало вращать. Заяц толкнул сильнее, и сундук попал в мои руки. Схватив одной рукой его за боковую ручку, я толкнул его вниз, как бы затыкая собой дыру воронки. Воронка заткнулась, подавившись сундуком, но на время. Этого времени нам хватило, что доплыл заяц. Я успел ухватить его за кольцо в ноздре, и меня рывком дернуло вниз.
Мы летели в трубе на скоростном лифте. Это, конечно, был не лифт, а узкий коридор из звезд. Словно ткань пространства вывернули наизнанку, а это технический рукав, через который чинят вселенную.
— Зайди в сундук, — тихо-тихо прозвучал голос зайца.
Я отпустил ручку и быстро всунул пальцы в замочную скважину. Кто-то разобрал меня на атомы и собрал обратно с другой стороны.
Как бы это ни смотрелось странно, но я завис в пространстве, обнимая за голову зайца. Левого уха у него не было, из косой рваной раны на животе вытекали перламутровые звезды, а само тело словно испарялось. Сломанной лапы уже не было.
— Я обманул тебя, заяц. Я не Пьеро. Пьеро меня назвал капитан корабля, а по документам я Пьер.
— Я знаю, Коломбина, — хихикнул заяц и закашлялся.
Звезды волной вылились из его живота и полетели куда-то вниз. Под нами была галактика. Наверно та самая, которую я видел в замочную скважину сундука.
— Почему ты назвал меня Коломбина?