— Потому, что ты часть жизни живешь в образе, который придумала твоя мама. Коломбина родилась, выросла и существует здесь, как персонаж сказки, и иногда приходит в твой мир, чтобы ты был ею.
Я попытался это осознать, но ничего не понял.
— Эта галактика придуманный мир. Все герои и персонажи, которых придумали разумные существа, обитают здесь, — закашлялся заяц и теперь звезды полетели и из его рта. — Боги тоже. Даже Вальхалла здесь есть. Вот почему этот сундук так важен.
— Но…
— Не перебивай. Я все расскажу. Здесь не только придуманные персонажи, но и те, которых придумают в будущем. На входе, между мирами, должен быть привратник. Куда исчез прошлый — никто не знает. Может он пропал из-за банды, которая охотится на сундук сейчас. Но, что бы ни произошло с прежним привратником, сундук избрал нового — тебя. Ты же сам наполовину придуманный персонаж — Коломбина, которая останется с этой стороны и не пропустит наружу тех, чья сказка еще не написана, как это произошло с космическими зайцами — люди не знают, откуда мы появились, а нас просто еще не написал автор.
— Но…
— Да, тебе придется исправить это, написать про космических зайцев. Тогда мы войдем в твой мир на законных основаниях.
— Я не умею, — всхлипываю, заяц исчезает практически на глазах, остается только голова, часть груди и лапа, за которую я его держу.
— Никто не умеет, и умеют все.
— Подожди, не исчезай! Я хотел спросить…
— Про какашку? — захихикал заяц. Лапа исчезла из моей руки, рассыпалась звездным дождем. Я обнял его голову с одним ухом. — Это не она, поверь. Это вопрос доверия.
— Да неважно с какашкой. Я думал, что мы будем с тобой жить здесь, я бы дал тебе имя — Безухов. Я Пьер, а ты Безухов.
— Хорошее имя, — улыбнулся заяц и его сломанный зуб мелькнул в исчезающей пасти.
В мою руку выпало кольцо, бывшее в ноздре у зайца. Оно оказалось серьгой. Я облокотился об сундук, и посмотрел на галактику. Красивая, яркая, словно нарисованная солнечными красками. Такая нереальная.
Стая звезд, на которую рассыпался заяц, рванула ко мне. Чем ближе они подлетали, тем отчетливее я видел, что это не звезды, а маленькие синие космические зайчата. Я подвинулся так, что закрыл спиной замочную скважину сундука. Стайка завозмущалась, словно воробьи. Я рассмеялся. Вдруг один зайчонок плюхнулся мне в руки и вцепился в серьгу. Я схватил пузатую мелочь за шиворот и поднес к глазам. У зайчонка не было одного уха.
— Ты прям как птица Феникс, Безухов, — сказал я зайчонку и засунул его себе за шиворот. — Без моего разрешения никто из сундука не выходит. Всем понятно?
Зайцы испуганно закивали головами. А я достал отмычку, открыл сундук и шагнул внутрь своей комнаты на Земле.