— Не волнуйтесь, лейтенант, — продолжал майор. — Новый сотрудник — человек, офицер Корпуса Мониторов в отставке, который добровольно вызвался послужить на ниве межвидовой психологии. На вас он не похож совершенно. Он стар, немощен и мягок характером, как мне сообщили — мягок во всем, кроме философских споров. Он прибудет через две недели.
— С нетерпением буду ждать встречи с ним, — сказал О'Мара, вот только особого энтузиазма в его голосе не прозвучало.
Крейторн покачал головой:
— Встретиться с ним сразу вам не удастся, лейтенант, потому что, когда он прибудет, вас не будет в госпитале.
О'Мара, утратив дар речи, не мигая, смотрел на майора. Он-то думал, что у него дела идут на лад, что он прогрессирует, что ему мало-помалу удается сглаживать острые углы при общении со всеми. Но видимо, он все еще был повинен в том, что порой вел себя подобно слону в посудной лавке, и потому его решили заменить старым, немощным и мягкохарактерным отставником Корпуса Мониторов. Крейторн взгляда не отводил. Он явно видел горькое разочарование, отразившееся в глазах О'Мары. Наконец он снова покачал головой.
— Не делайте поспешных выводов, лейтенант, — посоветовал майор. — Вы упорно и старательно трудились в отделении на протяжении двух лет, однако у вас отмечаются признаки стресса. Не знаю, что именно сказывается на вашей психике, и понимаю, что вы ни за что не признаетесь в собственной слабости и уж тем более не станете откровенничать с высшим по званию о том, что вас гнетет, но вас точно что-то гнетет. Вам предоставляется самая удачная возможность на время отбыть из стен госпиталя, поэтому я хочу, чтобы вы расслабились, отдохнули, или как минимум позанимались чем-нибудь менее напряженным некоторое время и поразмыслили о жизни и о себе. У вас накопился приличный отпуск. Вот и возьмите его.
О'Мара и не догадывался, что все это время сидел, затаив дыхание. Наконец он испустил долгий вздох облегчения.
— Спасибо, сэр. Но у меня нет родственников и друзей на других планетах. Я никуда не хочу лететь и не хочу ничем заниматься.
Майор нахмурился.
— Лейтенант, — сказал он, — ваш ответ лежит в промежутке между хроническим отсутствием воображения и маниакальной преданностью работе. Как психотерапевт я предписываю вам шестинедельную смену обстановки, а как старший по званию облекаю это предписание в форму приказа. Отправляйтесь куда вам вздумается, но отправляйтесь.
До конца дня О'Мара улаживал канцелярские мелочи, договаривался с офицером, отвечающим за транспортные проблемы, о наличии мест на отбывающие звездолеты и усиленно пытался придумать, куда бы ему отправиться. При этом он не переставал думать о Нинил и ее чутких и заботливых словах.
«Вы должны разыскать эту особу, — сказала Нинил, — и открыть ей свое сердце».
О'Мара знал (хотя никогда не думал, что ему придется применить эти знания на практике) о том, что он, будучи офицером Корпуса Мониторов и состоя на космической службе, имеет возможность стать пассажиром любого коммерческого рейса, лишь бы только на корабле имелась подходящая каюта и он летел в нужном направлении. Он мог лететь в какую угодно даль и сделать сколь угодно многое число пересадок, но в том случае, если бы он решил отправиться далеко и добраться туда побыстрее, ему имело смысл лететь по накатанному коммерческому маршруту, охватывающему такие планеты, как Тралта, Орлигия, Кельгия и Земля. Он мог, конечно, отправиться и на более отдаленную планету, но это означало бы, что тогда ему пришлось бы потратить массу времени на ожидание подходящего рейса.
Грузовой корабль Корпуса Мониторов «Троссгэннон» летал по треугольнику между Нидией, Мельфой и Главным Госпиталем Сектора. Судя по первой букве названия звездолета, построен он был на Тралте. Именно там строили корабли, которые славились по всей Федерации своей колоссальной прочностью и надежностью. Поговаривали, будто бы на Тралте даже автомобили собирали часовщики. На «Троссгэнноне» имелись каюты для особей пяти физиологических классификаций: тралтанов-ФГЛИ, мельфиан-ЭЛНТ, худлариан-ФРОБ, кельгиан-ДБЛФ и ДБДГ, похожих и непохожих на О'Мару. Для теплокровных кислорододышащих каюты на корабле были одинаковые, независимо от того, кто в них размещался, хотя орлигианам в каютах было тесно, а нидианам мебель казалась слишком огромной — ведь высокий рост особей этого вида равнялся метру с небольшим.
С командой землян, состоявшей из восьми офицеров Корпуса Мониторов, О'Мара встречался только в кают-компании во время совместных трапез. Люди они были вполне дружелюбные, но не скрывали того, что заняты по уши, и всем своим поведением давали О'Маре понять, что все остальное время, помимо совместного принятия пищи, ему было бы лучше не болтаться у них под ногами. Большую часть времени своего четырехдневного полета О'Мара провел в каюте — чего, собственно, больше всего и хотел. Крейторн был прав — он действительно устал. Он сам удивился тому, что так подолгу спал.
