— Твоя учительница — хорошая женщина, но она могла бы рассказать кому-то еще. Могла бы подать отчет в образовательное управление. А оттуда информация могла бы попасть к людям, с которыми лучше не встречаться.
— Что ты ей сказал? — спросил Алекс тихо.
— Что ты взял компоненты из моей мастерской, не спросив разрешения. Что это были экспериментальные детали, которые я получил для тестирования. И что больше этого не повторится.
Отец наклонился вперед, глядя Алексу прямо в глаза.
— Сын, я не знаю, что ты нашел и где. Но ты должен понимать: такие вещи привлекают внимание. А внимание может быть опасным. Если ты хочешь продолжать свои... исследования, ты должен научиться быть незаметным.
— Как?
— Будь хорошим учеником, но не выдающимся. Получай высокие оценки, но не самые высокие. Отвечай на вопросы, но не на все. И никогда, слышишь, никогда не демонстрируй технологии, которые превосходят современный уровень.
— Я понял, папа.
— Хорошо. А теперь покажи мне, где ты прячешь свои находки. Нужно убедиться, что они в безопасности.
Той ночью Алекс лежал в постели, размышляя о случившемся. Он понял важный урок: знания — это сила, но сила без осторожности — это опасность. Если он хочет раскрыть тайны галактики, он должен научиться скрывать свои способности.
За 10 лет до провозглашения Империи
Спидер отца с натужным гулом поднимался по воздушному коридору над промышленным районом Кореллии. Старый "SoroSuub Personal Luxury 3000" — когда-то элегантная машина среднего класса — теперь представлял собой печальное зрелище. Синяя краска облупилась и выцвела до грязно-серого оттенка, на левом борту зияла глубокая царапина от столкновения с грузовой платформой месяц назад, а хромированная отделка покрылась ржавчиной. Двигатель работал неровно — Кайрен уже третий месяц откладывал ремонт, экономя кредиты. Из вентиляционных решеток сочился запах перегретого масла и озона от изношенных репульсорных катушек.
Алекс прижался к треснувшему иллюминатору, наблюдая за кипящей внизу жизнью космопорта. Воздух дрожал от звуковых волн — рев взлетающих кораблей смешивался с гулом погрузочной техники, криками докеров и завыванием сирен. Массивные грузовые корабли садились и взлетали, оставляя за собой голубоватые следы ионных двигателей, которые медленно рассеивались в замасленной атмосфере. Между ними сновали малые суда — потрепанные корабли независимых торговцев с заплатами на обшивке, курьерские корветты с облупившейся краской, частные яхты сомнительного происхождения, чьи опознавательные знаки были тщательно закрашены.
Воздушные потоки над космопортом были турбулентными и непредсказуемыми. Горячий воздух от двигателей создавал восходящие термики, которые подбрасывали легкие спидеры, как игрушки. Кайрен крепко сжимал штурвал, маневрируя между воздушными коридорами. Их спидер то проваливался в воздушные ямы, то резко взмывал вверх, когда попадал в струю от пролетающего транспорта.
Из динамиков голопроектора раздавался монотонный голос диктора галактической информационной сети:
"...экономический кризис продолжает углубляться во Внутреннем Кольце. Особенно пострадали сектора тяжелого машиностроения и военного производства. На Кореллии закрыты три крупные верфи, что привело к увольнению более двухсот тысяч рабочих. Цены на жилую недвижимость упали на сорок процентов за последние полгода, однако арендная плата парадоксально выросла на двадцать процентов из-за массовых переселений..."
Кайрен раздраженно переключил канал. Теперь из динамиков полилась приторно-веселая мелодия:
"Огни Корусанта зовут меня домой,
Сквозь звезды и туманы лечу к тебе стрелой!
В небоскребах миллионы окон светят мне,
Корусант, Корусант — ты в моем сердце и во сне!"
— Идиотская песенка, — проворчал отец, но не стал переключать дальше.
— Когда-нибудь привыкнешь к шуму, — сказал он, маневрируя между двумя грузовыми платформами, чьи массивные контейнеры качались на магнитных подвесах. — Первые недели будет мешать спать.
Их новый дом располагался в среднем ярусе жилого комплекса "Звездная Гавань" — унылого серого здания, построенного по стандартному проекту пятьдесят лет назад. Окна квартиры выходили прямо на взлетные полосы, и каждые несколько минут стекла дрожали от рева двигателей. Квартира была меньше прежней — всего три комнаты вместо пяти, стены тоньше, а звукоизоляция практически отсутствовала. Из соседних помещений доносились голоса на дюжине языков — родианский щебет, гортанные звуки дуросского, мелодичная речь твилеков.
Здесь жили докеры с мозолистыми руками и усталыми глазами, техники в засаленных комбинезонах, пилоты малых судов с характерными шрамами от аварий, ремесленники, чинившие все подряд — от дроидов до кухонных автоматов. Все те, кто обслуживал бесконечный поток кораблей через Кореллию, но сам никогда не мог позволить себе путешествовать к звездам.
