Алекс медленно продвигался вглубь комплекса, изучая таблички на дверях. "Отдел квантовой физики", "Лаборатория материаловедения", "Центр кристаллографических исследований", "Отдел экспериментальной энергетики". Названия будили воображение — здесь когда-то работали лучшие ученые Кореллии, создавали технологии, которые могли изменить галактику.
— Лаборатория материаловедения, — прочитал Алекс надпись над одной из дверей. — Звучит многообещающе.
Дверь была заперта, но замок оказался старой электронной моделью, которую Алекс легко взломал с помощью самодельного декодера. Механизм щелкнул, и массивная створка медленно отъехала в сторону, выпуская облако пыльного воздуха.
Помещение оказалось просторным — метров тридцать в длину и двадцать в ширину, с высокими потолками и большими окнами, выходящими на воздушные коридоры. Вдоль стен тянулись ряды заброшенных верстаков из черного металла, их поверхности были покрыты слоем пыли, но под ней угадывались качественные материалы. Встроенные в столы мониторы потемнели, а выдвижные ящики для инструментов были пусты — все ценное, что можно было вынести в руках, давно растащили мародеры.
В центре помещения стояли остатки сложного оборудования — спектральные анализаторы, электронные микроскопы, установки для выращивания кристаллов. Большинство приборов были демонтированы — сняты самые дорогие компоненты, но основные корпуса и каркасы остались. Для человека с нужными знаниями и навыками это было сокровище.
А в углу громоздился массивный энергетический узел — сердце всей лаборатории. Серый металлический блок размером с небольшую комнату, увешанный кабелями, трубопроводами и контрольными панелями. На его корпусе красовался логотип "КорТех" и техническая маркировка: "Универсальный энергетический узел УЭУ-2400. Максимальная мощность: 50 мегаватт. Класс надежности: А+".
Алекс подошел к узлу и осторожно активировал диагностический режим, подключив свой портативный компьютер к сервисному порту. Дисплей замигал, показывая статус различных систем. Большинство индикаторов светились зеленым — энергоснабжение было отключено городскими службами, но сами системы оставались функциональными. Генераторы, трансформаторы, распределительные блоки — все было в рабочем состоянии.
— Отлично, — пробормотал он, доставая из рюкзака портативный мультитул и набор специальных адаптеров. — Посмотрим, что здесь можно восстановить.
Он провел в лаборатории несколько часов, составляя подробную опись оборудования и планируя будущие работы. Большинство приборов можно было отремонтировать, используя современные компоненты и немного изобретательности. Энергетический узел требовал более серьезного вмешательства, но основа была надежной.
Когда Алекс наконец покидал комплекс, в его голове уже сформировался четкий план. Эта лаборатория станет его секретной базой — местом, где он сможет работать над проектами, которые нельзя было реализовать в мастерской дяди. Здесь он будет проводить свои эксперименты.
Превращение заброшенной лаборатории в функциональную мастерскую заняло почти два месяца. Алекс работал по выходным и после школы, постепенно перетаскивая сюда оборудование и материалы. Некоторые вещи он покупал на барахолках нижних уровней — старые инструменты, демонтированные приборы, редкие компоненты, которые продавали бывшие техники обанкротившихся предприятий. Что-то находил в заброшенных складах того же промышленного района — целые ящики запчастей, оставленные при спешной эвакуации.
Самой сложной задачей оказалось восстановление энергоснабжения. Официально подключиться к городской сети было невозможно — слишком много вопросов от энергетических служб, слишком много документов, слишком высокий риск обнаружения. Но Алекс нашел другой способ, изучив архивные документы в библиотеке.
В старых технических журналах он обнаружил описания экспериментальных энергетических систем, которые использовали принцип резонансного захвата. Вместо прямого подключения к сети они "перехватывали" энергию из электромагнитных полей, создаваемых городской инфраструктурой — линиями электропередач, транспортными системами, промышленными установками. Технология была сложной и считалась непрактичной, но для его целей подходила идеально.
— Кристаллическая решетка должна быть точно настроена на частоту городских генераторов, — бормотал Алекс, склонившись над верстаком в своей новой мастерской. На его лице уже появились первые признаки подросткового возраста — голос иногда срывался, а руки стали длиннее и угловатее, что иногда мешало работе с мелкими деталями.
Он осторожно установил последний кристалл в самодельный резонатор. Устройство было размером с небольшой чемодан и выглядело как странная смесь древних технологий и современных компонентов. Основу составляла кристаллическая матрица из синтетических алмазов, окруженная сетью медных проводников и квантовых усилителей. Алекс потратил на компоненты почти все свои сбережения — три тысячи кредитов, но результат того стоил.
