— Ладно, — торговец повернулся к родианцу, который стоял бледно-зеленый от ужаса, его антенны дрожали мелкой дрожью. — Теперь поговорим о твоем долге.
— Я... я принесу остальные деньги завтра, — пролепетал тот, его голос срывался. — Клянусь, принесу!
— Завтра? — торговец усмехнулся, и эта улыбка была страшнее любой угрозы. — А что мне гарантирует, что ты не сбежишь? Что не обратишься к властям?
— Я не сбегу! Клянусь всеми богами Родии! Я не скажу никому!
— Клятвы дешевы, — торговец покачал головой. — Мне нужны гарантии. Хотя какие гарантии с тебя?
Он кивнул забраку, и тот схватил родианца за одну из антенн. Инопланетянин завизжал от боли — у родианцев эти органы были чрезвычайно чувствительными, и любое воздействие на них причиняло мучительную боль.
— Вот что мы сделаем, — спокойно продолжал торговец, словно обсуждал прогноз погоды. — Ты принесешь деньги через два дня. Ровно через два дня, в это же время, в это же место. Если опоздаешь или попытаешься обмануть меня снова...
Он не договорил, но многозначительно посмотрел на открытый люк, где еще недавно исчез труп. Смысл был предельно ясен.
— Понял, понял! — родианец кивал так энергично, что антенны развевались как флаги на ветру. — Два дня! Ровно два дня!
— Отлично, — торговец улыбнулся. — А теперь убирайся, пока я не передумал и не отправил тебя следом за твоим другом.
Родианец бросился к выходу, даже не оглянувшись на место, где только что лежал его спутник. Его шаги эхом прокатились по коридору, становясь все тише.
Торговец и его люди начали убирать оружие обратно в ящики, работая быстро и слаженно. Алекс понял, что ему нужно уходить, пока они не решили проверить весь комплекс. Если они обнаружат его лабораторию, если поймут, что здесь кто-то работает...
Он осторожно отполз от двери, стараясь не производить ни звука. Каждое движение давалось с трудом — ноги словно налились свинцом, руки не слушались. Адреналин все еще бушевал в крови, заставляя сердце биться в бешеном ритме.
Лестница наверх показалась бесконечной. Каждая ступенька скрипела под его весом, и Алекс замирал после каждого шага, прислушиваясь к звукам снизу. Но преступники были заняты своими делами и не обращали внимания на слабые звуки сверху.
Только добравшись до своей лаборатории, Алекс позволил себе перевести дух. Он прислонился к двери и медленно сполз по ней на пол. Руки дрожали так сильно, что он не мог удержать инструменты, когда попытался их собрать. Образ падающего тела не выходил из головы — снова и снова он видел удивленные глаза, дымящуюся дыру в груди, безжизненное лицо.
Страх был почти физически осязаемым. Он сидел в груди тяжелым комком, мешал дышать, заставлял вздрагивать от каждого звука. Алекс понимал, что стал свидетелем убийства, что знает то, чего знать не должен. И это знание делало его смертельно опасным для преступников.
Если они узнают о нем, если поймут, что в комплексе есть свидетель... Он закончит в том же утилизаторе, превратится в ту же анонимную массу переработанного сырья.
Дорога домой показалась бесконечной. Алекс ехал на общественном спидере, глядя в окно на огни ночного города, но не видя их. Перед глазами все еще стояла сцена убийства — красная вспышка выстрела, падающее тело, равнодушные лица убийц.
Кореллия жила своей обычной жизнью — в кафе на верхних уровнях ужинали богатые семьи, по воздушным коридорам скользили частные транспорты, в развлекательных центрах играла музыка. Люди смеялись, разговаривали, строили планы на завтра. Никто не знал, что несколькими уровнями ниже только что убили человека и выбросили его тело как мусор.
Алекс смотрел на этих людей и чувствовал себя отделенным от них невидимой стеной. Они жили в мире иллюзий, где смерть была абстракцией, где насилие существовало только в голофильмах. А он видел реальность — жестокую, кровавую, безжалостную.
Он думал о том парне. Кем он был? Что привело его в эту ситуацию? Может быть, он тоже просто пытался заработать на жизнь, не подозревая, с какими людьми связался. Может быть, у него была семья, которая сейчас ждет его дома. Которая никогда не узнает, что с ним случилось.
А что, если бы на его месте оказался сам Алекс?
Эта мысль заставила его содрогнуться. Все его знания, все изобретения, все планы на будущее — что бы это значило против бластера в руках безжалостного убийцы? Ничего. Абсолютно ничего.
Интеллект не мог остановить энергетический луч. Образование не защищало от пули. Мечты о великих открытиях превращались в прах перед лицом грубой силы.
Дома Алекс долго не мог заснуть. Он лежал в постели, уставившись в потолок, и прокручивал события в голове. Снова и снова видел вспышку выстрела, падающее тело, равнодушные лица убийц. Слышал звук, с которым голова мертвеца стукалась о металлические предметы. Чувствовал запах горелого мяса.
В школе его учили, что знания — это сила. В архивах он читал о великих ученых и изобретателях, которые меняли галактику своими открытиями. Он сам мечтал стать одним из них, войти в историю как человек, который раскрыл секреты древних технологий.
