"Катастрофическое событие, произошедшее приблизительно 25 000 лет назад. Характеризовалось внезапным разрушением гиперпространственных маршрутов по всей галактике, что привело к изоляции звездных систем и коллапсу межзвездной цивилизации. Причины события остаются неизвестными. Период восстановления занял несколько тысячелетий."
Алекс откинулся на спинку стула, пораженный. Значит, современная галактическая цивилизация была не первой! До нее существовала другая, более развитая, которая внезапно рухнула. И возможно, загадочные "ракката" как-то связаны с этой древней цивилизацией.
Он попробовал новые запросы:
"Цивилизация до Великого Гиперпространственного Коллапса"
"Технологии доколлапсного периода"
"Причины Великого Коллапса"
Результатов было больше, но они все равно казались неполными. Многие документы ссылались на материалы, которых не было в цифровой базе, или содержали фрагменты на архаичных диалектах.
Именно работа с древними языками дала ему следующую подсказку. Изучая лингвистический анализ старых текстов, он обнаружил, что многие термины со временем изменялись. То, что в современных документах называлось "ракката", в древних текстах могло именоваться по-другому.
Алекс запросил словарь архаичных терминов и начал экспериментировать. "Ракх-ата", "Ракх'ата", "Раката"... И вдруг — прорыв. Запрос "Раката" на древнем корускантском диалекте выдал совершенно другие результаты.
Это была личная переписка между двумя учеными, жившими двадцать пять тысяч лет назад:
"Дорогой Ренн, ситуация становится критической. Сети Раката рушатся по всей галактике. Многие миры уже потеряли связь. Боюсь, мы стоим на пороге новой темной эры. Если наша цивилизация выживет, будущие поколения могут даже не узнать о том, кем были истинные создатели гиперпространственных маршрутов."
Алекс перечитал письмо несколько раз, чувствуя, как учащается сердцебиение. Значит, Раката — это и есть та древняя раса! Они контролировали гиперпространственные сети, и их падение привело к Великому Коллапсу.
Используя правильное написание имени, он получил доступ к гораздо большему массиву информации. Фрагментарной, разрозненной, но достаточной, чтобы начать складывать картину.
Раката создали первую галактическую империю, основанную на невероятно развитых технологиях. Их гиперпространственные врата связывали тысячи миров. Они строили самовоспроизводящиеся фабрики, создавали искусственный интеллект, разрабатывали принципы, которые современная наука до сих пор не могла полностью понять.
Но чем глубже он копал, тем чаще натыкался на одну и ту же проблему. Самые интересные документы обрывались на полуслове, ссылались на материалы, которых не было в цифровой базе, или содержали пометки вроде "см. коллекцию Шейна, физические носители".
— Мистер Кессель, — обратился он к архивариусу, — а что это за коллекция Шейна? Система постоянно ссылается на нее, но материалов в базе нет.
Пожилой архивариус поднял глаза от своих бумаг:
— А, профессор Реван Шейн. Блестящий исследователь древней истории, жил около двадцати тысяч лет назад. У него была обширная личная коллекция артефактов и документов.
— И где она сейчас?
— В физическом хранилище. Самые старые материалы мы не оцифровываем — слишком хрупкие носители, да и не всегда понятно, как правильно их считать. — Кессель помолчал. — К тому же, коллекция Шейна всегда считалась... проблематичной.
— В каком смысле?
— Шейн исследовал спорные теории. Утверждал, что современная цивилизация построена на руинах более древней. Называл их... как же... Раката, кажется. Академическое сообщество относилось к его работам скептически.
Алекс едва сдержал возбуждение. Значит, профессор Шейн изучал ту же тему!
— А можно посмотреть на эти материалы? Для полноты картины.
— Теоретически — да. У вас есть исследовательский доступ. — Кессель встал. — Но предупреждаю — там внизу довольно мрачно. Физическое хранилище находится на самых нижних уровнях.
Они спустились по лестнице еще на несколько этажей вниз. Здесь воздух был более застоялым, освещение тусклым, а коридоры казались бесконечными. Древние стеллажи тянулись во мраке, заполненные контейнерами, ящиками и запечатанными капсулами.
— Коллекция Шейна находится в секторе Д-7, — сказал Кессель, вручая Алексу портативный светильник. — Я не могу оставить вас здесь одного надолго, но час-другой у вас есть. Только будьте осторожны — некоторые носители очень хрупкие.
Сектор Д-7 оказался особенно мрачным уголком архива. Здесь пыль лежала толстым слоем, а некоторые контейнеры выглядели так, словно к ним не прикасались десятилетиями. Алекс методично изучал этикетки, ища что-то связанное с Раката.
И тут он вспомнил странную фразу из одного документа: "Подробности см. в моих заметках, раздел 'Истинные строители', контейнер за стеллажом номер семь". Тогда он не обратил на нее внимания, но теперь понял — это могла быть подсказка, оставленная самим Шейном.
