– Это не Кунцево, – сделал вывод Вам Кого. – Видимо, произошла ошибка… Давайте назад.
Мы обернулись к «Коробочке», и Вам Кого издал громкий отчаянный вопль. По льдине между нами и холодильником бежала тонкая сверкающая трещина. Она за пару мгновений расширилась до метра, и «Коробочка», оказавшись на самом краю, накренилась и поползла в воду.
– Володя! Хватайте, хватайте! – закричал Вам Кого, размахивая руками.
Холодильник ухнул в полынью и, издав громкий булькающий звук, закачался в воде, погружённый почти полностью, так что снаружи виднелась только верхушка двери, украшенная загадочной надписью «ЗИЛ».
– Мммы же ззздесь ззамёрзнем… – пролепетал я, пританцовывая в сугробе.
– Не успеем, – пробормотал Вам Кого и указал рукой в сторону.
К нам приближались сквозь пургу ещё маленькие, но уже вполне ясные очертания четырёхлапых существ с чёрными точками-носами, усиленно нюхающими воздух…
– Ну и фантазия у вас, Володя! – прокричал Вам Кого сквозь ветер. – Пожалуй, лучше вам не пить…
Я оцепенел на секунду, потом заплетающиеся ноги сами понесли меня прочь. Мороз стиснул голову, футболка встала колом, и я, ничего не соображая, пробирался сквозь глубокий снег, и мне казалось, что я уже слышу сзади дыхание голодных зверей…
Моя рука уткнулась в скользкий и холодный деревянный предмет. Я сначала даже не осознал, что это болтается передо мной в воздухе. Верёвочная лестница? Я поднял голову и увидел, что над нами в небе висит громадный чёрно-жёлтый диск, по краям которого написано светящимися буквами: «Землян просим не обращать внимания».
– Это корабль Конотопа, – сказал Вам Кого. – Цепляйтесь, выбора нет.
Я ухватился за ступеньку, подтягиваясь, и попытался поймать ногами конец лестницы. Это было нелегко, но, в конце концов, я справился и полез наверх, цепляясь за всё новые деревяшки, стремящиеся выскользнуть из рук. Диск приближался. Подо мной сопел Вам Кого, и я чувствовал, что подъем даётся ему ещё с большим трудом.
Медведи стояли на льдине и смотрели вверх, и на мордах было написано нескрываемое вполне человеческое огорчение. В тот момент у меня промелькнула мысль, что не бывает таких медведей, и всё происходящее – просто сон… Однако из открытого люка, куда постепенно поднимались мы по лестнице, пахнуло теплом, и это придало мне сил, чтобы заметно ускориться.
Наконец, под нами, причмокнув, сомкнулись ржавые треугольные створки с прорезиненными краями.
– Шлюзовая камера, – пояснил Вам Кого, тяжело дыша и выпуская из рук лестницу. Я тоже порядком утомился цепляться за скользкие ступени, и теперь отдыхал, воспользовавшись паузой. Мы висели на стенке проржавевшего металлического цилиндра, схватившись за торчащие внутрь крючья. Один из них, на котором примостилась моя левая нога, подозрительно пошатывался, и поэтому правой ногой я шарил в воздухе, пытаясь нащупать опору.
Вскоре над головой разъехались такие же железные пластины, как и внизу, и мы стали карабкаться выше. Через минуту Вам Кого, а за ним я, выбрались на пол мрачного большого отсека, заваленного металлическим хламом.
– Конотоп вечно собирает всякое старое барахло, – произнёс Вам Кого, поднимаясь с пола.
Не успел он закончить фразы, как сверху, из ржавого потолка, усеянного мерцающими тусклыми лампочками, упала тяжёлая круглая клетка, окружившая нас со всех сторон. Вертикальные прутья толщиной в палец, составляющие её, с грохотом вошли в отверстия в полу и остановились, вибрируя от удара.
– Что это? – спросил я.
Вам Кого хмуро покосился на меня и сказал:
– Мы в плену у Конотопа.
– Совершенно верно, – послышалось из дальнего конца зала. В полумраке блеснули зелёные глаза, которые приближались к нам, покачиваясь в такт мягкой кошачьей походке.
– Здравствуй, Вам Кого, – сказал Конотоп. – И ты, Володя, здравствуй. Рад, что лаки тебя не сожгли. Мне немного досталось. Видите подпалину на боку? Еле убежали с Кентелом… Но я не о том. Как ты правильно заметил, Вам Кого, вы у меня в плену. И будете здесь оставаться до тех пор, пока не скажете моё любимое слово. Мне всё равно, кто из вас. Оба вы подключены к шине доступа, так что для меня большой разницы нет.
– Конотоп, ты знаешь, что я никогда этого не сделаю! – воскликнул Вам Кого. – Я же не самоубийца и не маньяк-психопат, который хочет уничтожить триллионы разумных существ.
– Маньяк! Психопат! – раздался истерический выкрик сзади, такой громкий, что я чуть не оглох. Я оглянулся. С обратной стороны клетки пританцовывал Кентел, корчивший нам рожи.
– Я удивляюсь тебе, Вам Кого, – вздохнул Конотоп, хмуро глядя в пол. – В твоих руках уже несколько лет находится такая огромная власть. Неужели ты ни разу не хотел ей воспользоваться? Неужели ты никогда не находился в таком настроении, что тебе хотелось сказать: «А гори оно всё Синим Пламенем!», или, что то же самое, «естрементеракориндо»?
– Нет, Конотоп, – ответил Вам Кого. – Не хотелось. Я люблю жизнь, мне нравится этот мир, и я постоянно чувствую ответственность за него…
– Может быть, это тебя убедит? – пробормотал Конотоп. – Эй, балбес, катись сюда! – крикнул он в сторону.
