Остальные четыре модуля были: охранный, практически полностью уничтоженный, два мало повреждённых модуля с лабораториями по выращиванию биокультур и промышленный модуль с фабрикой… Я сперва не понял, что за обозначения были под её данными, но оказалась, что эта фабрика была унифицирована под любые работы. То есть можно, например, из двух модулей собрать один по выращиванию биокультуры, мясистых водорослей, например, а производственная фабрика вполне может из них производить картриджи для промышленных синтезаторов. То есть «Шейн» в этом случае полностью перейдёт на внутреннее производство и самообеспечение. Мне эта мысль понравилась, тем более модули вполне подходили для «Трена». Да здравствует унификация!
Я тогда известил об этом своём решении Руссо и его штаб, отдав приказ достать мне эти модули. Снабженцы купили модули с заметной скидкой через Сола, и тот «продал» нам их по той же цене. Они в последнее время часто проводили такие сделки, так что всё было отработано. Последние три дня до прибытия модулей я только наблюдал, как работает инженер верфей, который поднял нужные базы до того уровня, когда можно уже работать. Я ему дал задание построить большой грузовой фрегат самой широко распространённой модели «Чесмес» и наблюдал, как он справляется. Что было хорошо, не нужно было покупать лицензию на производство этих грузовиков, так как у него не было правообладателя, поэтому их клепали все кому не лень. Правда, проект был довольно удачный. Хорошая автономность и трюм. Жилой модуль состоял из рубки, двух кают и кают-компании. Эти корабли ценились. Причина такой долгой постройки была в огромном количестве запчастей и оборудования, не считая остова будущего фрегата. Сначала нужно создать их, а грузовик и за день собрать можно.
Снабженцы купили десяток гипердвижков для этих судов, так что если получится, то у нас будет прибыльное производство, так как вся работа стоила не так дорого, как сам грузовик. Но вот материалы… Такие малые грузовые корабли делали всего несколько верфей, и они очень ценились. Их использовали для каботажных рейсов по соседним системам. Так что, если всё получится, то это хорошо. На содержание моих людей уходило просто огромное количество средств. Они хотели есть, пить, веселиться и совершать экскурсии на Торен. Многие полюбили горнолыжные курорты. Конечно, на катания они тратили заработные деньги, но остальным обеспечивал их я. Бесплатное жильё, бесплатная еда, но зато абсолютная преданность и нет мыслей, чем прокормить свои семьи. Так вот, если инженер справится, а всё к тому шло, то средства за продажу грузовиков пойдут в кассу «Шейн», и эта проблема снимется. Мои люди будут сами обеспечивать себя средствами. Именно для того и существовала бухгалтерия, по их подсчётам денег должно хватить на содержание «Шейн» и на выплату зарплат. Правда, если грузовики мы будем клепать по три штуки в неделю. Стоили они примерно пятьдесят тысяч кредитов каждый, недорого, потому что малые, но пятьдесят, потому что грузовики. Инженер, прикинув, сообщил, что, как только он набьёт руку и поднимет базы выше, то с постройкой трёх фрегатов в неделю он вполне справится, тем более скоро будет практикант. Тут дело было не в этом, а в материале для синтезаторов. Готовые слитки концентратов металла стоили приличные деньги. Конечно, одной партии, что мы взяли, хватало на постройку десяти фрегатов, но сам концентрат стоил, как пять таких фрегатов. Готовых конечно же. Это я не про наценку для шейнцев, мы её уже давно обошли благодаря Сола, нет, тут дело в самих шахтёрах и перекупщиках, что занимаются металлами. На мой взгляд, цена за них была излишне завышена. Именно это и было камнем преткновения, который висел тяжким грузом на производстве фрегатов.
У Сола тоже были шахтёрские фирмы, но он не поставлял металл на Торен, его добывающие базы и станции, к которым были приписаны шахтёры, работали в Диком космосе и оттуда шли по своим каналам поставок. Так что нам пришлось работать с местными шахтёрами.
Завтра ожидается прибытие транспорта, что доставит повреждённые станционные модули, выкупленные мной. Также на нём должны быть два комплекта запчастей для них. Я станционщик, для меня не проблема восстановить их и использовать, а в данный момент я находился у себя в кабинете на «Шейне» и размышлял о своих дальнейших шагах. Через пять дней свадьба, потом, надеюсь, станет легче, до свадьбы можно позаниматься повреждёнными модулями, а закончить после медового месяца.
Но об этом я подумал так, мельком. У меня появилась мысль, как решить основные проблемы: это – транспортный напряг и цены на металлы. Вот это я всё и переваривал, сидя у себя в кабинете и разглядывая схемы-голограммы трёх кораблей, что висели над столом, когда ко мне привычным вихрем оптимизма ворвалась Малия.
– Привет, любимый, – прыгнула она мне на колени и подставила губы для поцелуя.
