Потом я узнал, что майор Лино запись свадьбы отправил отцу, и тот её посмотрел вместе с семьёй. Я тоже, чуть позже, когда составил свою будущую речь, отправил ему видеопослание, сообщив, что обязательно навещу его дом, когда буду в Лемуре. Погощу пару дней.
Медовый месяц продлился неделю, хотя правильнее назвать его медовой неделей. Отправив обратно в Лемур майора Лино, я приступил к подготовке к рейду. Со мной остались только оба гвардейца, что учили моих людей, принятых в гвардейскую роту. Именно ею и командовал Гин. Правда, пока набрали всего двадцать семь человек, спецов в разном роде деятельности, но я был доволен и этим.
В общем, через неделю после свадьбы и через три дня после отлёта лемурцев «Кашалот» с отобранными мной спецами и пятью гвардейцами, включая Гина и обоих лемурцев, сошёл с парковочной орбиты и, запросив маршрут у нашего диспетчера, проигнорировав местных, ушёл в гипер. Прыгнули мы на сутки полёта в противоположную сторону от Лемура, а там развернулись и уже полетели прямым курсом. Так сказать, путали следы. После месяца полёта мы оказались неподалёку от нужной системы на территории Люмера. Дальше было просто: я на выкупленном у капитана лемурского крейсера разведчике десятого поколения смог, обманув радары и сканеры станции, подобраться к её борту, после чего три человека – я, Гин и капитан Сенов – остались на станции, а пилот отогнал разведчик обратно в соседнюю систему к «Кашалоту». Тот был укрыт на низкой орбите одной из планет, чтобы его было трудно заметить. Да, в принципе, и не летал тут никто, вся система была вычищена, нечего тут делать шахтёрам. Тут разве что любили совершать промежуточные прыжки транзитные борты. Вот от них мы и укрылись на низкой орбите.
Следующие две недели мы буквально жили на станции, прячась от сотрудников «Гикона» и пытаясь перепрограммировать станционные искины на себя. На это нужно было куда как больше времени, чем я сделал это на «Трене». Станция считалась средней, шахтёрской, а не малой грузовой. Искинов восемь, мощные. Но только что был отклик – управляющий искин стал нашим. Кроме этого, хотелось бы добавить, что мы запустили вирусы на два тяжёлых шахтёра, что были приписаны к этой станции, и за эти три недели, успевшие её навестить. Так что скоро и они будут нашими. Кроме управляющего искина, который только что незаметно для сотрудников «Гикона» стал полностью нашим, мы успели перепрограммировать также искины шести средних шахтёрских крейсеров, что изредка приходили и сдавали на перерабатывающий завод станции руду. Для членов команд ничего не изменилось, как работали, так и работают. Просто после определённого сигнала – взрывная разгерметизация и гибель команды. А там подходит трофейная команда, выбрасывает тела и принимает корабль. Но так не со всеми кораблями, на некоторых были рабы. Там в дело вступит внутренняя система безопасности, ликвидировав часть команды. Из вольников, а не из рабов. Всё было продумано, мы тут за три недели успели всё сделать и обдумать, а теперь просто отслеживали информацию, что стекалась к нам.
У меня было время подумать, и я решил эту станцию не продавать, а перевезти в Лемур, на те пространства, которые перешли по наследству, и начать осваивать добычу, благо там были обширные астероидные поля. По предварительному анализу там не только мне, но и детям останется. Конечно, по меркам Лемура эта шейнская станция шестого поколения, которую «Гикон» выкупил из трофеев, была полной древностью, но для нас она подходила. К тому же станционнщик я или нет, доведу ее до идеала, модернизируя согласно стандартам Лемура, когда подучусь.
– Ну что там? – подошёл я к столику, на котором стоял комп. От компа в стену уходило множество экранированных проводов, что позволяло нам быть незаметными. Сигналов нет, всё экранировано.
– Мы контролируем практически всё.
Осмотрев данные, что давал нам искин, я согласно кивнул.
– Да, как только придёт подтверждение, что тяжёлые шахтёры наши и дроиды взломали их искины, то начнём операцию по уничтожению персонала станции.
– Рабов тут много, – вздохнул Гин.
– Мы же обсуждали это. Шейнцы-добровольцы отправляются с нами. Остальным дадим средний грузовик, пускай проваливают куда хотят. Главное, чтобы усыпляющий газ подействовал на всех и не пришлось устраивать бои внутри станции.
– Это было бы неплохо.
– Командир, – окликнул меня капитан Сенов, что отслеживал всю ситуацию по станции с помощью служебной сети «Гикона». – На связь вышел крейсер «Дагмар». Он принадлежит младшему владельцу «Гикон» Эрио Лайо. Судя по сообщениям пилота крейсера и диспетчера, тот находится на борту. Им уже дали разрешение стыковаться с двенадцатым шлюзом.
– Выведи на общий экран картинку с камеры этой шлюзовой. Посмотрим на этого совладельца, вдруг будет шанс его взять и хорошо так поспрашивать, вежливо предложив сдать все секреты «Гикона».
– Ваше высочество… – тихим и каким-то странным голосом позвал меня капитан Сенов.
– Лего, мы же договорились, – возмутился я.
